— Умный такой? Тогда — давай сам! — перекривившись, будто съел лимон, отреагировал на тычок Благочестивый.
Ягужинский носил прозвище Змей неспроста. Бывший ректор повелевал ядами. Мужчина прищурил глаза. Его зрачки сузились и приобрели вертикальную форму, а знакомые с особенностями ворожбы командира солдаты отошли подальше. Даже Пересвет окружил себя облаком благодати.
Вокруг Георга сформировалось слегка зеленоватое облако. Затем оно рывком сместилось в сторону врагов, накрыв как владетеля здешних земель, так и его ближайших соратников.
На секунду туча скрыла людей от глаз, но почти сразу развеялась. Над юношей распахнулось высоченное дерево. Растение без проблем впитало атаку и, кажется, даже увеличилось в размерах.
— Твою мать! — сквозь зубы выругался Ягужинский.
— Невероятно! Откуда у него тотем?! Обладать им могут только практики Небесного Тела! — был более многословен Благочестивый, — Ты же говорил, что сюда прислали никому не нужного юнца? Я так и знал, что это — ловушка. Перед нами один из карателей Светлого под личиной!
Пересвет не отличался стойкостью характера. Интриговать старик умел куда лучше, чем держать удар. Весь апломб со святоши слетел, как ветром сдуло. Он затравлено заозирался по сторонам, в поисках куда бы смыться.
А тут ещё по земле поползли ростки. Зелёные лианы пробивали ландскнехтов насквозь, насаживая тевтонцев и святых воинов на подобия кольев. Паростки вылезали изо ртов вопивших людей, заставляя тех умолкнуть и корчиться в муках беззвучно.
Оборониться от столь неожиданной и действенной атаки сумели лишь трое. Клаус фон Зигфрид, Пересвет и Георг. Остальные их подчинённые пострадали. Через пару мгновений место, где стояли интервенты, напоминало ужасную изгородь.
Даже спутники лже-владетеля, а на деле личного палача Императора, ужаснулись жестокости казни. Самым удивительным было то, что скрывавшийся под видом обычного юноши монстр ощущался по-прежнему слабым.
Пересвет догадался, что для них мстительный Виссарион придумал особо мучительную кончину и после расправы над простыми воинами прийдет и их черёд. Потому священник окружил себя максимально прочной защитой и метнулся за пределы первого круга. Туда, где продолжали свирепствовать монстры и бить молнии. Такая смерть показалась ему более лёгкой, чем безусловно изощренная пытка Светлого.
По здравому размышлению, за своим компаньоном последовал и Георг. Особенно когда лицезрел, как из капитульера проросли громадные семена. Фон Зигфрид походил на покрытый зеленью куст. Помимо этого, часть людей преобразилась. Лица несчастных стянула кора. Воины замерли, как древесные истуканы. Было заметно, что над бедолагами проводят какой-то эксперимент. Не все метаморфозы проходили успешно. Три четвёртых страждущих просто обратились в облачка шакти или расползлись вонючими навозными кучами.