Фарт не покинул парня. Совершенно случайно в отделении Каденции он обнаружил вакансию Килия Неугомоного на должность личного ординарца. Избегаемая дворянами роль являлась панацеей. Ведь главнокомандующий присутствовал на большинстве генеральных битв, а его ставка хорошо охранялась. Все пошло, как по нотам. Единственно, не каждый убитый появлялся на Серых Путях, а лишь некоторые.
В кампании против Сечи Велиор рассчитывал выяснить эту закономерность и шагнуть в следующую инфосферу. Ни грубое обращение начальника, ни презрение к такой покорности иных служивых ничуть не мешали. Но тут он увидел Ее, и чувства вернулись.
Тяжко вздохнув, парень взглянул на спавшую красавицу. Она не только пробудила его, но и напомнила об ущербности. Велиор знал, что ее неудержимо тянет к нему, что между ними есть много общего, однако обладать ею не мог. От этого и хотелось выть.
Злоба и ярость исказили лицо Старицкого. Впрочем, он знал, куда выплеснуть негативные эмоции. Парень почувствовал, как возле их убежища возникают новые и новые души. Значит, битва стартовала, и ему было, чем заняться. Предвкушающим взором отрок обвёл орудия пыток и направился к ближайшему, пока ещё туманному и не оформившемуся облачку.
Глава 43. Тайна Багратионовска
В тихом омуте черти водятся.
Славская народная мудрость;
Неровный строй одетых кто во что мужиков встречал нового владетеля. Самого разного возраста, от безусых юнцов до почти стариков, все они, как один, взяли в руки оружие, чтобы отстоять родной город от захватчиков. Подобный поступок вызывал уважение, а то, что новоиспечённые подчинённые побаивались своего сюзерена было неудивительно. Уж слишком жестокой выдалась расправа над остатками неприятеля.
Две сотни ландскнехтов и святош превратились в древесных болванов и переминались с ноги на ногу. Остальные же напоминали живую изгородь. Вот только частокол был страшен и состоял из проткнутых насквозь ростками людей. Растения оплели несчастных так густо, что их было почти не видно. Лишь сочившаяся сквозь зелень кровь выдавала ужасную начинку.
Основатель рода Ореховых принимать вассальную клятву не спешил. Он замер, будто собираясь с силами. В воздухе повисла напряжённость. Обстановку разрядил рыжий крепыш. Трой уже залечил нанесённую капитульером рану, вернул прежний облик, подошёл к нахохлившемуся ополчению и брякнул:
— Повезло вам хлопцы. Теперь заживите. Золотой, как царь Мидас — чего не коснётся в золото превращает. А так бы уже ворон кормили. Я его доверенное лицо, Скалозубом кличут.
По недоуменно вытянувшимся лицам местных вояк стало ясно, что те не оценили красноречия парня и ни о каком мифическом царе слыхом не слыхивали. Однако Скалозуб оседлал конька и вещал далее.