На площади собралось десять тысяч человек. Треть от половозрелого населения Сечи. Потомки бандитов и разбойников поражали выучкой. Первая паника прошла. Ватажники оклемались и по цепочке передали распоряжение нового командира.
Согласно родам войск ушкуйники сбились в отряды, выбрали временных старшин и пожертвовали им энергию. Вскоре воздух зарябил от множества иллюзорных пушек, мушкетов, сабель и мечей. Разные по размеру и содержанию орудия обрушились на тварь, разрывая ее материальное воплощение.
Обычное оружие на потустороннее создание не оказало никакого эффекта. Это ватажники проверили первым делом. Только магия влияла на тварь, которая обладала почти полным иммунитетом к физическому урону.
Демон злобно завизжал, силясь вырвать из ока сулицу. Однако постоянный огонь сотен обозлённых практиков не давал ему поднять коротковатые лапы, вынуждал заполошно махать ими для отражения наиболее опасных атак. Громадные разноцветные пули, клинки и различные фантомы отскакивали от верхних конечностей козломордого, порождая цветные блики и иную слепившую глаз иллюминацию.
Не дремал и Байда. Практически разогнав пагубный для всего живого дым, Праведник примружил веки. Затем поднял высоко над головой и широко развёл в стороны руки. Между обращёнными друг к другу ладонями возникло и нарастало серебристое сияние.
Вскоре между дланями мужчины сформировался метровый шар. Словно громадный камень, напрягшись так, что на открытых участках кожи выступили вены, Праведник швырнул сотворённый ком в демона.
— Фокус на мою волшбу! — проорал он перед броском.
Просьбу поддержали многие. Почти сотня старшин успела перенаправить потоки шакти в неспешно летевший, несмотря на приложенные усилия, шар. Получив дополнительную энергию и напоминая теперь морского ежа, сфера резко ускорилась. Как метеор, она впечаталась прямо в торчавшее из века копье, загоняя то внутрь по самую пятку.
Если до того кому-то казалось, что козломордый ревет излишнее громко, то теперь визг разрывал барабанные перепонки. Несколько десятков слабейших инфов даже потеряли сознание от изданного им дикого вопля. Из ушей бедолаг ручьями полилась кровь.
Демон замотылял башкой, будто хотел вытрусить из неё что-то. Потом, не обращая больше внимания на удары, прислонил лапы к морде, стараясь все же раскрыть запечатанное око.
Совершить задуманное твари не удалось. Прямо на веке вспухли абрисы громадного креста. Опухоль росла до тех пор, пока буркало не взорвалось, обдав ближайших укшкуйников фонтанами чёрной слизи. Обрызганные погибли в страшных муках. Однако пожрать их души демону не судилось. Вслед за глазом лопнула и голова чудища. А весь изгвозданный в нечистотах крест вернулся в ладонь хозяина.