Без тени брезгливости Байда сжал пальцы, истово перекрестился и повесил на шею нательный крестик, вновь уменьшившийся и засиявший серебром после ритуального жеста.
Ватажники выдохнули. Люди подумали, что одержали победу. Им, конечно, было жаль памятник отцу-основателю. Ведь несколько веков монумент принимал благодарность потомков. Ушкуйники рождались, взрослели, вступали в брак, уходили в бой и умирали, испросив благословения у святыни. Даже в сердцах душегубов образовалась сосущая пустота.
Однако долго печалиться ватажникам не пришлось. Кокон из тьмы, скрывавший развенчанных командиров, лопнул, и миру явилось новое чудовище.
Пятиголовый, три метра ввысь и около десяти в длину, полоз из старых преданий почтил присутствием многострадальную ныне Сечь. Воины присмотрелись к покрытому потоками слизи гаду и ужаснулись. Длинные шеи змея венчали прекрасно знакомые головы. Демьян Головорез, Иван Чайка, Матвей Дронов, Семиполк Окаянный и Колька Пушкарь приказали долго жить. Когда-то могущественные полковники таращились мертвыми бельмами на бывших подчиненных. В их взглядах не осталось ничего человеческого, лишь лютая ненависть и голод.
Примечательно, но гетман куда-то запропал. Ульян не послужил материалом для сотворения монстра.
— Вновь сбежал! — прокричала все та же бойкая молодуха и лихо пальнула в полоза из мушкета. Лучше бы она этого не делала. Принадлежавший ранее главе сабельников лик развернулся в сторону женщины, и две гигантских сабли сомкнулись на поясе у недавно потерявшей мужа вдовы, перерубив ее пополам. Две половинки когда-то привлекательного тела беззвучно упали наземь. Расправа послужила стартом нового витка противостояния.
Былинный некрозмей был куда хуже козломордого, того сразу приструнил Байда. Сейчас же Праведник не вмешивался в битву. Он будто собирался с силами. У многих ватажников закралась мысль, что с убийством полоза неприятности не закончатся.
— Навалитесь на гада, ребятишки! Имперское войско под командованием самого Килия скоро будет здесь! — улыбаясь, словно рассказав детям сказку на ночь, сообщил Байда.
Странным образом, его услышал каждый на площади. Такие вести ожесточили и так черствые сердца. Ведь на кону теперь стояли не только жизни, но и само существование семей ушкуйников, а также будущее Сечи.
Возможно, последняя битва Ватаги разгорелась с невиданной силой. Без гетмана, полковников и лучших воинов ушкуйники не дрогнули. Они не сдались, и всем скопом насели на громадного змея и недобитков Темного Ковена.
Личная гвардия куренных забыла про бывших командиров. Телохранители сражалась наравне со всеми. Любой ценой ватажники норовили уничтожить врагов поскорей, чтобы иметь время на подготовку к вторжению.