— Учитель, кто это? Познакомишь нас? — нежно проворковала Сюли прямо в ухо. Воспитанная согласно восточным традициям, она знала, что мужчину нельзя ругать или предъявлять претензии.
Картина выдалась несколько комичной. Спереди за Слая уцепилась беловолосая княжна, а сзади подперла черноволосая дочь императора. Юноша невольно приобнял Мирославу. Он был очень рад ее видеть, но столь жаркое и откровенное приветствие удивило. Тем более, в присутствии посторонних. А тут ещё и китаянка словно взбесилась. Она прижалась так крепко, что не маленьких размеров груди расплюснулись о лопатки.
Броня оператора магобашни являлась одеждой — хамелеоном. В мирной обстановке экипировка накапливала энергию и была тонкой и эластичной настолько, что походила скорее на обтягивающее трико, чем на доспех. Именно поэтому юноша предпочитал хранить данную амуницию в поле нейтрального шакти и носить обычную одежду в быту. Однако после проникновения в Преддверие стандартное платье пришло в негодность — не ходить же голым.
Вот и вышел казус. Чувствительность найденной на болотах Хашины древней брони была такова, что Ходок почувствовал два уплотнения на изумительном бюсте прелестной ученицы. Не совсем целомудренный поцелуй, долгое воздержание и молодой организм тоже внесли свою лепту, Слай ощутил, как раздувается от прилива крови «младший брат». Из неловкого положения выручил грубоватый голос:
— Гляньте, на мужиков кидается, а ещё монашка! — громко рассмеялся крепкий, заросший щетиной парень, — А япошка настойчивая — не желает упускать понравившуюся елду!
— Эй, эй, Кабан, будь повежливее к гостям! — засмеялся рядом симпатичный блондин, и его немедленно поддержал черноволосый крепыш.
Мира покраснела и спрыгнула с шеи. Ученица же победно улыбнулась и, как бы невзначай, провела ладошкой по напрягшемуся органу. Сюли воспитывалась в императорском доме. Принцессу ожидал династический брак, потому ее учили, как привлечь мужчину. Раньше девушка относилась к занятиям с пренебрежением. Сейчас эти мелкие уловки пригодились.
— Ой, извини. Я нечаянно. Тот странный парень так громко завопил, что испугал меня, — горячо прошептала Сюли, едва не облизав ушную раковину.
Чары подействовали. Возлюбленный что-то громко прокричал на русском и явно вознамерился проучить нарывавшуюся троицу.
Слай не собирался терпеть грубость по отношению к своим женщинам. Мирославу он знал давно, а прежний владелец тела и вовсе испытывал к ней любовные чувства. Позже Ходок тоже почти влюбился в княжну. Но водоворот событий и приключений несколько притупили чувства. Китаянка же была его подопечной. Позволить кому-то обидеть ее, значило расписаться в собственной несостоятельности.