— Вопросы потом, — отрезал Андрей. — Сейчас не время. Твари вот-вот нагонят нас. Уходим! Саул, Марк, берите тело. Остальные — будьте начеку. Даниил, ты ставишь защиту. Идём с тобой первыми. Иван — замыкающий. Вперёд!

Тон Андрея не допускал возражений. Даже монахи послушались. Они подхватили Игоря Изяславича, и мы двинулись по тёмному тоннелю прочь от преследующей нас толпы монстров.

Вскоре мы обнаружили очередную лестницу, ведущую вниз. Делать было нечего: возвращаться назад нельзя, пришлось спускаться ещё глубже. А там нас снова ждали тоннели, буравящие земную твердь. Они уходили в неизвестность, и мы двигались во тьму — в пустую каменную тьму без надежды вновь увидеть солнечный свет. Узкие коридоры петляли во мраке, разветвлялись или приводили в помещения с дверьми, решётками и смежными комнатами. Страшно было подумать, сколь огромны эти подземелья и как далеко и глубоко они уходили.

Коридор казался бесконечным. Лучи фонарей растворялись во тьме. Если бы эти тоннели строились людьми, можно было бы не сомневаться, что рано или поздно они выведут нас наружу. Но тоннели эти создал Сон, а значит, на благополучный исход рассчитывать не следовало.

* * *

Стена, в которую мы упёрлись, казалось, лишь в очередной раз подтвердила мысль, что выхода из подземелья нет. Мы не знали, сколько времени находились тут. Несчётное число раз забредали в тупики, возвращались, и снова упирались в какую-нибудь стену или оказывались в помещении, откуда не было выхода. В одном из помещений даже заночевали. Все очень устали. Хотелось спать. Да ещё и Иван чувствовал себя отвратительно, еле на ногах стоял. Впрочем, немного выспавшись, он пошёл дальше. И всё же парень был плох. Еда у нас закончилась, впереди маячил призрак голодной смерти. Только моры не попадались нам больше. Лабиринты оказались пусты.

Андрей ощупал кладку, пошевелил один из кирпичей — тот держался плохо.

— Всем назад, — велел боярин.

Мы отошли шагов на двадцать, а Андрей создал возле тупика сферу.

От грохота заложило уши. Пыль наполнила узкий коридор. Мы закашлялись, и на какой-то момент из-за пыли даже перестали видеть друг друга. Но когда пыль рассеялась, лучи фонарей снова устремились во тьму: за стеной тоннель продолжался. И нам снова предстояло идти в неизвестность. Если бы кто-то вспомнил обратный путь, мы без сомнения вернулись бы и попытались прорваться наверх сквозь полчище мор. Пусть не удастся, но погибнуть в бою лучше, чем — от голода во тьме каменных лабиринтов. В этом сейчас мы были единодушны.

Когда впереди забрезжил свет, не поверили глазам. Думали, мерещится. Но оказалось, это и правда выход. Каким-то чудом мы выбрались из подземелья.