— Это в твоём стиле, — кивнул я, — прятаться за спинами других и выигрывать по техническим моментам.

Глаза Ивана сузились. Похоже, я начинал его сильно бесить.

— Ты так уверен в себе. Может, потому что мама и сестрёнка теперь без дома? — Краснов наклонился ближе, и я уловил запах его одеколона. — Говорят, они так испугались, что забились в подвал, как…

Я поставил тарелку на ближайший стол. Медленно. Чётко. Стук о дерево прозвучал как выстрел.

— Договори, — прошептал в ответ. — И я сделаю так, что ты не проживёшь и дня.

Краснов замолчал. Наши взгляды встретились, и я увидел, что зрачки соперника расширились, а веки дёрнулись. Он отступил на шаг, задев стоящего позади прихвостня.

— Ладно, ладно, — буркнул он, поднимая руки в мнимом жесте мира. Но пальцы дрожали. — Суббота. После занятий.

Я кивнул, потом развернулся, оставив полную тарелку на столе. Есть перехотелось. Пошёл к выходу, чувствуя тишину столовой, которая взорвётся пересудами уже через минуту.

Он боялся.

И это было слаще, чем самый сытный обед.

* * *

Арена представляла собой круглую площадку диаметром тридцать метров, огороженную магическим барьером, мерцающим голубоватым светом. Пол был выложен каменными плитами с большими зазорами между ними. Это нужно, чтобы маги земли даже начальных уровней могли свободно управлять материалом. По краям стояли высокие столбы с руническими символами, гасящими избыточную энергию заклинаний.

Трибуны ломились от зрителей. Курсанты, преподаватели, даже несколько офицеров из гарнизона — все хотели посмотреть на дуэль между мной, магом земли первого уровня, и Красновым, обладающим третьим. Он всем давно уже демонстрировал мастерское владение водой и льдом.

Я стоял на своей отметке, чувствуя, как земля под ногами отзывается на каждый вдох. На мне был дуэльный жилет с пятью руническими камнями, которые должны погаснуть при критических попаданиях. Краснов напротив щелкал пальцами, и между ними закручивались тонкие струйки воды, будто живые змейки.

— Побеждает тот, кто нанесет сопернику три удара. Начали! — раздался голос судьи, старого магистра Ковалёва.

Краснов не стал ждать.

Он взмахнул рукой, и из воздуха выросли три острых ледяных шипа, мчащихся ко мне со свистом. Едва успел поднять каменную плиту перед собой — шипы вонзились в неё, разбрасывая осколки.

— Слабо! — крикнул кто-то с трибун.

Я знал, что соперник просто прощупывал, разведывал, на что я способен.

Иван ухмыльнулся и сжал кулак. Вода из разбитого льда ожила, обвила мои ноги и мгновенно застыла, сковывая ступни.

— Первый удар! — объявил судья. Один из камней на моём жилете погас.