Как только мы вышли из-за руин, ситуация прояснилась.

Справа, в переулке, шёл бой.

Амат со своим отрядом отстреливался, но его водяная магия здесь была почти бесполезна: песок впитывал воду, как губка. Запас, который был у Жимина, уже иссяк.

Мы вовремя вмешались.

Солдаты открыли стрельбу. Они снесли одного из монстров, а я прикончил другого здоровым куском стены, который пробил тварь насквозь, упав со второго этажа.

Амат был явно недоволен тем, что я пришёл на помощь.

Его самолюбие пострадало.

— Ненавижу пустыню, — сквозь зубы процедил он, вытаскивая клинок из убитой твари. — В этом мире магия — это убогое подобие настоящей силы!

— Тише! — резко оборвал его я.

Митя, идущий чуть сзади, мог услышать лишнее.

Амат недовольно огрызнулся, но кивнул.

Огляделся: а Жимин молодец! Справился с шестью, хотя нет, двоих-то убили мы с солдатами.

Вскоре к нам подошёл корнет Молчанов с нашими ротными медиками.

— Эти твари везде, — сообщил он хрипло. — Их тут прозвали песчаными тараканами, хотя до сих пор не могу понять, почему их нет в академическом бестиарии.

Я не сдержал смешка, вспомнив детский анекдот из своего мира:

— Домашнее животное на «Т»?

— Таракан, а на «Д»?

— Два таракана, а на «Ы»?

— Ышо один таракан.

Роман хмыкнул, но лицо оставалось напряжённым.

— Шутки шутками, но они очень быстро передвигаются под песком и атакуют неожиданно. Двое солдат убито, и ещё семь ранены, — расстроенно сказал молодой человек.

Кивнул ему, осматриваясь.

Впереди виднелась центральная площадь города. Похоже, все дороги в Старом городе вели к ней.

Шестнадцать групп это сотня человек, и мы все замерли на краю площади, почти одновременно подойдя к ней.

Некогда мощёный камнем центр города теперь был усеян песчаными воронками, каждая чуть меньше человеческого роста. Песок в них выглядел странно: не рыхлый, а будто спрессованный в плотные шары размером с баскетбольный мяч.

Сначала я подумал, что они разбросаны хаотично, но, приглядевшись, заметил узор.

Спираль.

Когда-то давно, когда я был ещё ребёнком, мой третий вассал, дядя Женя, рассказывал жуткую историю. О том, как его караван в земляном секторе случайно забрёл на территорию…

— Песчаная змея ургаха, — пробормотал я.

Рядом стоящий Роман громко сглотнул.

— Если это он, то нам конец, — выдохнул Василий.

— Не думаю, что это конец, — вдруг сказала Надя, указывая на фигуру, выходящую из переулка.

Штабс-капитан Долгорукий.

Он шёл твёрдым шагом, словно земля сама подстраивалась под его поступь. Высокий, крепко сложенный, в безупречно сидящем мундире с золотыми аксельбантами. Густые бакенбарды обрамляли резкие черты лица, а глаза были холодные, как сталь. Они бегло оценивали ситуацию.