Глава 1
Жизнь — это всего лишь путь к смерти. Но смерть — это начало новой жизни.
Дева-воительница Агнес
* * *
Примар-шеф Конобиан стоял на пьедестале и обозревал парадное построение. Сверху хорошо были видны расставленные правильными прямоугольниками войска. По центру стояла штурмовая орда истинных демонов. К сожалению, наместник выделил только шесть лап. Шестьдесят тысяч истинных — это сила, способная сокрушить практически любого врага. Справа расположились мясные войска — разнородные по составу и происхождению, выходцы из покорённых миров, почти такие же свирепые, как истинные демоны, но не обладающие их мощью, кровожадностью и способностью поглощать чужие жизни. А слева… слева поле до самого горизонта было покрыто сотнями тысяч летунов. Двадцать три крыла — вот тут господин наместник расщедрился, ничего не скажешь. Конобиан даже не ожидал, что наместник шестнадцати миров опустошит собственные резервы летающих войск до дна.
Впрочем, примар-шеф знал причину необычайной щедрости начальства. Жрецы. Именно они наверняка надавили на нужные пружины и рычаги, приведя в действие бюрократический механизм аппарата наместника. В результате командующий операцией вторжения Конобиан получил двести тридцать тысяч летающих воинов, хотя первоначально рассчитывал заиметь от силы тысяч пятьдесят. Но пять крыльев превратились в двадцать три, и теперь Конобиан рассчитывал выполнить задание жрецов. А именно: создать на Тангрине плацдарм и дождаться, когда жрецы установят своё магическое оборудование для отбора жизненной энергии у местного населения. На личной встрече с тремя старшими жрецами Конобиану было чётко сказано: с мира Тангрин должна начаться новая история Покорений.
Примар-шеф сказал недолгую, но воодушевляющую речь. Плести изящные словеса он не любил, да и, честно говоря, не умел. Его прежний удел — ворваться в ряды врага и крушить всё и вся. Его нынешнее предназначение — спланировать и провести военную кампанию с минимальными потерями собственных войск и максимальным захватом пленных. А речи, если пожелают, пусть произносят жрецы — вон хотя бы тот же Жесер. Конобиан отыскал глазами сухонькую фигурку своего давнего приятеля — тот, поймав его взгляд, ободряюще кивнул головой.
Официальная часть закончилась, Конобиан рявкнул команду, командиры лап и крыльев повторили её, взревели боевые рога, и силы вторжения начали двигаться туда, где долгие три столетия находился запечатанный портал. Конобиан с удовольствием смотрел на истинных — имеющие собственную броню и закованные в броню внешнюю, они были главной ударной мощью в столкновениях с крупными силами врага, если таковые будут обнаружены. Архидемоны — командиры крупных подразделений, возвышались над своими солдатами почти вдвое. Конобиан вспомнил свои юношеские мечты — он когда-то искренне желал стать одним из таких архидемонов и крушить врага не только силой своих четырёх рук, но и применять боевую магию. Мечты, мечты… они так и остались пустыми желаниями юного демона. Не было в роду Конобиана таких предков, не было у него предрасположенности к той особой магии, присущей лишь архам. Он стал простым штурмовиком. Но вот прошли столетия, и он, Конобиан, командует архами. Значит, всё было не зря.