— Проклятые серые хлюпики, — тихонько прорычал примар-шеф. — Долго они ещё будут возиться? Пойду-ка я, спрошу Жесера.
Глава 9 * * *
— Как она? — спросил Адельядо у Одборга.
Высший священник глотнул вина из вычурного кубка, украшенного каменьями, и заметил:
— Мог бы взять с собой посуду поскромнее.
— Почему я должен отказываться от привычных удобств, если могу ими пользоваться? — поморщился гроссмейстер.
— Скромность приличествует сильным.
— Напротив, скромность приличествует тем, кто не может доказать свою силу. Вот пусть такие скромники сидят и молчат в тряпочку. И вообще, зубы мне не заговаривай.
— Илонна… — архиепископ помедлил, подыскивая слова, — понимаешь, она словно надломлена.
— Опять хочет умереть? — встревожился Адельядо.
— К счастью, нет. Но в ней перестал гореть огонь жизни. Она не живёт, а существует.
— Надеюсь, это не повлияет на её изменившуюся магию? Как думаешь?
— Знаешь, я думаю, что именно потому, что она находится в таком состоянии, её магия и изменилась. Ты же сам говорил, что раньше она была жарким огнём, а теперь от её пламени веет смертью.
— Говорил, да. — Адельядо тоже пригубил вино. — Возможно, всё так и есть. И, скорее всего, Единый видел именно такое развитие событий. Он знал, что вампирша станет его заменителем для боевых клириков.
— Скажи мне, Ади, а если бы ты знал, что всё так повернётся? — тихо спросил церковник. — Как бы ты поступил? Позволил бы Илонне стать изувеченной калекой?
Гроссмейстер долго молчал, разглядывая вино в своём кубке, а потом поднял взгляд на Одборга и твёрдо сказал:
— Думай обо мне, что хочешь, но я бы запер её в Академии. А если бы и выпускал, то только в сопровождении отряда магов и отряда вампирских воителей.
Глаза архиепископа потеплели, а на лице мелькнула слабая улыбка.
— Я знал, что ты не зачерствел сердцем, друг мой. И я бы поступил так же. А теперь мне нужно идти. Сменю отца Брахия — он дежурил ночью в фургоне Илонны.
Гроссмейстер проводил церковника до выхода из своего фургона, вернулся к небольшому столу, налил себе полный кубок вина и залпом его выпил.
— Прости, друг, что был вынужден соврать тебе, — прошептал он. — Но так надо.
Да, так было надо. Архиепископ Одборгский оказался главным связующим звеном между странной изменившейся магией Илонны и боевыми клириками. Это экспериментально выяснилось, когда клирики попробовали без участия Одборга воспринять мощь вампирши. И едва все поголовно не погибли от переполнившей их энергии. К счастью, Илонна в тот раз использовала мизерную часть своих возможностей, поэтому клирики отделались ожогами и лёгким испугом. А уже в следующий раз, когда Одборг вместе с ними воспринимал мощь её огня, всё прошло просто замечательно, и ещё один участок полигона перестал существовать. Тогда-то гроссмейстер и предположил, что Одборг является связующим звеном, без которого мощь Илонны сожжёт клириков.