— Четвёртое крыло расформировать, остатки его влить в пятое и шестое в виде штрафных отрядов, — ревел Конобиан, а его адъютант лихорадочно записывал приказ. — Пятому и шестому крыльям приготовиться к рейду в южном направлении. Третий, четвёртый и пятый мясные полки — туда же. А то эти собакоголовые только жрут и пьют. Пусть побегают — они это хорошо умеют. Штурмовая лапа арха Бозиана. Он же хотел развлечься — пусть идёт. Уничтожит дерзких и пусть двигает дальше на юг. Арх Бозиан назначается секунд-шефом на время этого рейда. Что? Жрецы ещё не готовы? Да плевать! Пусть Бозиан идёт с обычными подавителями магии. Если такая толпа не справится с горсткой магов и лапой всадников… тогда нам больше не следует завоёвывать миры. Записал? Лей сургуч.

Примар-шеф с размаху шлёпнул печать в мягкий сургуч, чуть не пробив при этом пергамент, на котором был написал приказ. Адъютант поспешил удалится от разгневанного примар-шефа, пока тот в ярости не снёс и ему голову. Конобиан отдышался и уставился на карту, на которой были нанесены данные разведки. Итак, с востоком и севером всё ясно. Юг… Бозиан вскоре там всё уничтожит — сил у него более, чем достаточно. Оставался запад. Разведчики доносили, что рядом с тем городишкой, который был обнаружен, но не сожжён, собираются войска противника. Подсчитать численность разведке не удалось — маги их успешно отгоняли, но по черновым прикидкам там уже собралось несколько лап. Конобиан провёл когтём линию от центра карты, где располагался портал, к неведомому городу и внезапно разозлился. Но оторваться было не на ком — именно это состояние Конобиан и называл тихим бешенством.

Потому что по логике вещей и согласно опыта великого множества предыдущих успешных кампаний ему сейчас следовало послать в атаку на этот город и собравшихся возле него врагов все свои силы. Почти двадцать крыльев, мясные полки и, главное, штурмовики находились у примар-шефа в резерве по ту сторону портала. Если он обрушится такой силой на врага, то сомнёт любого противника. Больше того, Конобиан был уверен, что пока передовые полки будут раскатывать в лепёшку вражеские армии, арьергард ещё даже не успеет подтянуться к месту бойни. Против такой огромной армии не устоять ни магам, ни Хранителям, даже Великим. Демоны их просто численностью задавят.

Но Конобиан пока не мог отдать такой приказ. И вовсе не потому, что бросив все силы в одном направлении, он прозевает удар врага с другой. Нет, всё куда хуже — жрецы. Они ещё не до конца разобрались со своей хитрой магией, которая должна не только прикрыть войска Конобиана от магии вражеской, но и собрать жизненную энергию местных. Жесер говорил, что эти вещи взаимосвязаны, но Конобиан не стал вникать в жреческие заумности. Главное он понял — для крупной битвы надо ждать разрешения жрецов. Мелкие стычки, в которых гибли крылья, их пока не интересовали. Даже отсылку части войск на юг ему простят. Но вот если Конобиан решится на большую драку с участием всех своих сил, ему несдобровать. Да не просто несдобровать — он просто сгинет в подвалах Ужаса. Хорошо, если его быстро прикончат, а то ведь могут годами и десятилетиями пытать. Может, конечно, жрецы специально распространяли подобные слухи о подвалах Ужаса, но проверять их правдивость на собственной шкуре Конобиан не хотел. Он будет ждать столько, сколько нужно жрецам.