Мальчишка всё ещё стоял рядом, переминаясь с ноги на ногу и с любопытством разглядывая меня. В его глазах светились надежда на ещё одну монету и уличная смекалка, которую не спрячешь за детской внешностью. И тут меня осенило.

Я окинул пацана оценивающим взглядом. Худой, юркий, с хитрым взглядом и быстрыми пальцами. Скорее всего, карманник. А карманники в Ржавом Порту знают все лазейки и умеют становиться невидимыми.

План начал формироваться в голове. Избавиться от слежки, затеряться в городе, добраться до особняка Корсакова. Договориться с ним, чего бы это ни стоило. Вытащить Кристи. И, если повезёт, выбраться из этого проклятого города живыми.

— Как тебя зовут? — спросил я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Мышонок, — гордо ответил пацан, выпячивая тощую грудь.

Уличная кличка. В трущобах редко пользовались настоящими именами — слишком опасно, когда каждый второй может продать тебя с потрохами за пару монет.

— Мышонок, значит, — я окинул его оценивающим взглядом. — Хочешь заработать?

Глаза мальчишки загорелись.

— А то! Что нужно сделать?

— Видишь того мужика в сером плаще? — я едва заметно кивнул на угол дома. — Он следит за мной уже второй день. Сможешь стащить у него амулет, который висит на шее?

Мышонок прищурился, мгновенно преображаясь из обычного пацана в настоящего хищника. Его взгляд стал цепким, профессиональным.

— Без проблем, — хмыкнул он. — У него в левом кармане нож, в правом — кошелёк. Амулет на тонкой серебряной цепочке, слишком тесно прилегает к шее. Придётся порвать.

Я удивлённо приподнял бровь. Пацан не просто осмотрел цель — он провёл полную разведку за считанные секунды.

— Откуда такая наблюдательность?

— В Ящике провёл три года, — пожал плечами Мышонок. — Учителя были строгие.

Ящик — местная банда карманников, специализирующаяся на обучении беспризорников. Жёсткая дисциплина, суровые наказания, но через пять лет ты либо становишься лучшим в своём деле, либо… не становишься никем. Слишком много сирот не дожили до выпуска.

— Пятьсот рублей, — заметил Мышонок, хитро улыбаясь.

— Получишь тысячу, если справишься, — я достал из кармана несколько купюр и показал мальчишке, но не отдал. — Сначала амулет, потом оплата.

— Заметано, — кивнул Мышонок и, словно растворившись в воздухе, скользнул в толпу.

Я медленно двинулся по улице, намеренно выбирая маршрут через самые людные места. Снег падал всё гуще, превращая мостовую в скользкую кашу, а воздух — в белую пелену. Идеальная погода для моего плана. В такой метели даже опытному соглядатаю трудно не потерять цель из виду.