Сквозь пелену боли я поднял глаза на вип-ложу. Никонов наблюдал за боем с холодным интересом ученого, изучающего лабораторный эксперимент. Рядом с ним сидела Алиса — она подалась вперед, напряженно вглядываясь в ринг.

«Вставай», — раздался в голове голос. Не мой. Александра, моего брата, чье сознание частично сохранилось в амулете. Четкий, властный, совсем не похожий на мой собственный внутренний голос. «Ты сильнее, чем думаешь. Ты Белозерский. А мы не сдаемся».

С огромным усилием я поднялся на ноги, вызвав новую волну возгласов в зале. Многие не верили своим глазам — никто раньше не вставал после такой атаки Вихря.

Телекинетик нахмурился, явно удивленный моей стойкостью. Он сделал шаг назад и поднял руки, концентрируясь для финального удара. Вокруг его пальцев заклубилась странная дымка — видимая глазу телекинетическая энергия, которая должна была окончательно размазать меня по рингу.

И тут я заметил его. Тонкий серебряный амулет на шее Вихря, выскользнувший из-под ворота формы. В металле виднелась трещина — глубокая, зигзагообразная. Блокиратор, призванный защищать его от ментальных атак. Но с таким повреждением его защита была далека от совершенства.

Нужно было рискнуть. Если мне не удастся достать его физически, может, получится пробиться через ослабленную ментальную защиту.

Я дождался момента, когда Вихрь сделал глубокий вдох перед атакой — его привычный ритуал концентрации. Его глаза на долю секунды закрылись. Именно этой микропаузы я и ждал.

Рванулся вперед со всей оставшейся скоростью, чувствуя, как амулет на груди раскаляется добела, наполняя измученные мышцы новой силой. Глаза Вихря распахнулись — он не ожидал, что я двинусь на него после таких повреждений. В его взгляде мелькнуло изумление, когда он понял, что я преодолел половину дистанции до того, как он успел среагировать.

Телекинетик в панике выбросил руки вперед, высвобождая накопленную энергию, но я был готов — поймал момент между замахом и ударом, нырнул под силовую волну и оказался в его личном пространстве, где телекинез не так эффективен.

Мой кулак врезался в его солнечное сплетение, Вихрь согнулся пополам, и в этот момент треснувший блокиратор на его шее качнулся, полностью обнажившись. Я мысленно сконцентрировался на трещине, направляя через нее всю силу своего дара:

«ЗАМРИ».

Ментальный приказ пробился сквозь поврежденную защиту. Глаза Вихря расширились от шока и ужаса, когда он почувствовал чужую волю в своем сознании. Его тело застыло всего на долю секунды — но этого было достаточно.

Я нанес серию ударов — быстрых, точных, выверенных, вложив в них весь опыт уличных драк и всю силу амулета. Левый хук в печень, правый апперкот в челюсть, еще один удар в уже поврежденные ребра. Каждый удар находил цель с безжалостной точностью.