Когда добрались до своих, я наконец увидел, кто всем этим командовал. Возле большого валуна стоял сам майор. Командир отряда. Грязный, небритый, с автоматом на груди и пыльной разгрузкой поверх выгоревшей горки. Рядом радист с рацией на коленях пытался поймать связь.

Вот почему группы прикрытия так долго держались и не отходили. Майор лично руководил боем. Он посмотрел на нас, потом перевёл взгляд на Морозова.

— Красиво зашли, старлей. Очень вовремя.

Морозов только пожал плечами.

— Повезло.

— Не повезло, а нормально сработали.

Майор снял флягу, сделал глоток и протянул Морозову. Потом посмотрел на меня и на раскалённый ПКМ.

— А этот вообще половину ущелья прижал.

Я только усмехнулся и сел на камень. Ноги после всего этого вдруг стали ватными.

Постепенно начали подтягиваться остальные группы. Люди выходили из распадков по двое, по трое. Усталые, грязные, злые. Почти у всех пустые или полупустые магазины. У многих закопчённые лица от разрывов и пыли.

— Наумов до техники дошёл, — сказал майор. — Почти всех довёл.

— Почти? — Переспросил с тревогой в голосе Морозов.

Майор зло сплюнул в сторону.

— Сынок командира ушёл. На спуске. С обрыва прыгнул.

Несколько человек рядом сразу усмехнулись.

— Живой? — спросил Морозов.

— Хрен его знает. Ему в спину стреляли, но там темно уже было под склоном. Проверять не стали. Если бы погнались, остальные пленные могли разбежаться.

Морозов кивнул.

— И чёрт с ним. Не велика птица. Нам и этих хватит.

Майор снова посмотрел на Морозова. Несколько секунд молчал, будто что-то прикидывая. Потом спокойно сказал:

— За такую работу тебя на Героя надо представлять, старлей.

Кто-то рядом тихо присвистнул. Морозов сразу поморщился.

— Да бросьте, товарищ майор.

— Не брошу.

Майор ткнул пальцем в сторону ущелья.

— Больше десятка полевых командиров. Наумов сказал, что эта твоя была идея так в наглую их захватить. За одного то уже орден положен, а тут пятнадцать. И если бы вы духам в тыл не влезли, мы бы сейчас отсюда половину людей не вывели. Это факт. Опять же, ты по своей инициативе к ним в тыл поперся, хотя мог уйти… Так что к Герою, однозначно!

Потом он обвёл взглядом всю нашу группу.

— А вас всех к орденам. Заслужили.

Несколько секунд стояла тишина. Никто особо не радовался. Слышали мы уже про ордена неоднократно, за ту же Кареру, за уничтожение караванов. Слышали, но пока ни одного не так и не увидели. К тому же мы слишком вымотались, а вокруг лежало слишком много убитых и раненых, чтобы сейчас думать про награды. А потом кто-то достал флягу. Кто-то нервно закурил. И только теперь стало приходить понимание, что мы всё-таки выбрались.