— Десять доз, — повысил я ставки. — Ты столько не купишь на сотню. Прямо к вечеру.

— Почему бы тебе тогда не дать мне тысячу долларов вместо них? — пробормотала она, уже явно жалея о том, что решила меня просить о чём-то. — Я просто хочу кушать.

— Чтоб влачить это жалкое существование? Это того стоит?

— Я… могу тебе помочь с чем-нибудь, пожалуйста? — ответила она, не поднимая взгляда. — Мне просто нужны деньги. Я могу сделать тебе…

— В тебе осталось хоть немного самоуважения, Саки? — тихо спросил я. — Ради чего ты вообще сейчас живёшь?

— Ради… ради… я… — у неё начал заплетаться язык.

— Ты даже не знаешь, ради чего живёшь, — покачал я головой. — Ты себя в зеркало видела?

Саки рефлекторно коснулась язвы рукой, но тут же отдёрнула её. Та, казалось, даже не пыталась рубцеваться, как положено ранам. Мне казалось, что девушка передо мной едва ли не гниёт живьём, и запах полностью соответствовал моим предположениям.

— А что мне делать? — спросила она.

Уже ничего.

Я молча вытащил из кармана сотню и бросил её к ногам Саки. Да, у меня были теперь деньги, но я никогда ими не разбрасывался. Не тратил на понты, которыми пытались выпендриться мои одноклассники, не скупал вещи и даже не пытался снять квартиру получше. Я копил.

Однако сейчас я отдал кровные деньги неизвестной бездомной. Которой они как мёртвому припарка. В любом случае это грязные деньги, может именно те, что она когда-то сама и вбухнула, чтоб почувствовать себя свободной. Только люди путают свободу с ошейником, с радостью отказываясь от одного и натягивая другое.

Саки стояла, смотря на неё, после чего медленно присела на колени, потянувшись рукой. Если она хочет кушать… ладно, пусть. Но она обречена, вот что точно. Эта сотня не исправит ситуацию, лишь продлит её жизнь на сутки или двое, после чего она всё равно умрёт. Не через месяц, так через два. Она обречена, потому что перешла черту, из-за которой можно выбраться без посторонней помощи. И тут я был ей не помощник.

Но стоило мне отвернуться и сделать несколько шагов на выход из подворотни, как за спиной послышался плач.

Я удивлённо обернулся.

Саки сидела всё так же на корточках, держа в вытянутой руке сотню, а другой закрывая лицо и плача. Даже не плача, а ревя, словно её пробило.

Просто плакала, будто эти деньги напомнили ей о чём-то важном. В конечном счёте деньги всегда нам напоминают что-то. Нашу работу, наши цели, стремления, мечты, страхи, боль, надежды и так далее, и тому подобное. Список бесконечен настолько же, насколько много людей в мире. Потому что на этой планете практически всё сводится к деньгам — от желания найти любовь до страха потерять работу. Деньги, деньги, деньги… Они у всех с чем-то ассоциируются.