— А… моя работа? — кивнул я на дверь, из которой мы вышли.

— А что работа? — Бурый открыл дверь в служебные помещения и крикнул. — Эрнест, Томми увольняется!

— Без проблем, — тут же отозвался тот. Забавно, если же я захотел бы уволиться, мне бы всю плешь проели.

— Всё, решили с работой, — посмотрел он на меня. — Так, иди переодеваться, Шрам. Фиеста, я сейчас звякну, чтоб за вами заехал Гребня, отвезёт вас на хату, там будете ждать отмашки.

— А насчёт завтра… — начал было я.

— Будешь плохим парнем и начнёшь прогуливать, — ответил он. — Всё, до созвона и добро пожаловать в команду, Шрам. Надеюсь, ты нас не разочаруешь.

С этими словами он просто ушёл. Раз, и всё, будто поставил галочку в своём списке и двинулся дальше навстречу приключениям. Не нравится он мне, если честно…

— Давай, пошевеливайся, — подтолкнула меня к двери в это время Фиеста. — Надо поскорее затаиться на хате.

Если описывать Фиесту, то это была латиноамериканка с желтоватыми волосами лет тридцати с довольно привлекательным как лицом, так и телом. Но от неё разило, если так будет правильно сказать, опасностью. Смотришь и понимаешь, что такие, как она, ничем хорошим не занимаются. Убийца убийцей даже без хищных черт, которые придают её лицу свой опасный шарм.

Мы прошли в служебную комнату, где обычно Сабина распивала чаи в свободное время. Я быстро вытащил вещи и начал переодеваться. Разделся до трусов, не сильно смущаясь, только начал натягивать футболку, как меня остановила Фиеста.

— Погоди, — схватила она меня за руку. Удивительно, что она стройная, но хватка едва ли не стальная. — Это откуда?

Она ткнула мне пальцем в плечо.

— Это от пули.

— Я спросила, откуда это, а не что это, — холодно произнесла Фиеста.

— Получил на… разборках.

— И это тоже? — ткнула она в живот.

— На той же, — подтвердил я.

Она провела по нему пальцами, после чего развернула меня и провела пальцами по выходному отверстию, словно изучая.

— Навылет через живот.

Вообще, раньше у меня там был жир, если быть честным. Просто после того, как похудел, кожа стянулась обратно из-за эластичности и молодого организма, от чего теперь рана выглядит так, будто мне живот с кишечником прострелили.

— Да, верно, — подтвердил я.

— Понятно… повернулся ко мне лицом, — почти потребовала она.

— Да, но может я оде… — я оборвал себя на полуслове, когда она шагнула ко мне и… понюхала моё лицо. В прямом смысле слова понюхала меня, словно у меня изо рта чесноком пахло, и она пыталась понять, от меня ли это или нет. — Фиеста, ч… ты чего делаешь?

— Заткнись, Шрам, — угрожающе прошипела она, при этом не переставая меня нюхать, словно какая-то собака. Вот её нос уже коснулся моего уха. Немного щекотит дыханием. Я слышу, как она очень быстро дышит, будто пытается надышаться или у неё астма. Её нос касается моей шеи, после чего она повторяет это же с другой стороны. И остановилась так же быстро, как и начала — просто отошла и встала в стороне с невозмутимым видом, будто ничего не произошло.