— Теперь появился. Может, перейдем к делу?

— Госпожа Пинкер! — обратился к вдове пристав. — Вы подтверждаете слова мастера Айвена?

— Да! — сказала Иллинн, поймав мой кивок.

— Тогда его присутствие законно, — объявил пристав.

Толстяк метнул в него негодующий взгляд. Ага, приставу отстегнули. Только тот не дурак. Весь Иорвик знает, кому мастер Айвен спас жизнь.

— К делу, так к делу! — продолжил пристав. — Вдова Пинкер заняла у представителя дома Троскана мастера Иззи двадцать силли с обязательством вернуть их через полгода, добавив к сумме долга пятую его часть, исчисляемую ежемесячно.

Иллинн дернулась, но я положил руку ей на плечо. Толстяк увидел это и ухмыльнулся.

— Заем сделан под залог дома и прочего недвижимого имущества. Вдове надлежит выплатить мастеру Иззи причитающиеся ему сорок четыре силли. Если она не сможет или не захочет это сделать, дом перейдет в собственность дома Троскана. Я верно изложил?

Пристав глянул на толстяка. Тот одобрительно кивнул.

— Заемное письмо!

Я протянул руку. Пристав поколебался и вложил в мою ладонь бумагу. Я пробежал глазами текст. Иллинн не соврала. Слова «исчисляемую ежемесячно» вписали позднее. Почерк другой, чернила темнее, да и строчка кривая. Грубо работают, нагло. Однако оспаривать бесполезно.

— Здесь ваша подпись, Иллинн?

Я показал письмо вдове.

— Да! — кивнула она. — Но…

Уловив мой жест, она смолкла.

— Все правильно! — сказал я. — Долг подлежит возврату. Вот! — я протянул кожаный мешочек.

Толстяк, подскочив, схватил его и, распустив тесемки, высыпал монеты на ладонь. Пересчитал он их мгновенно — чувствовалась практика.

— Здесь двадцать два силли! — возмутился он.

— Именно столько и надлежит вернуть.

— Положено сорок четыре!

— Это с чего?

— Лихва ежемесячная. Вы умеете считать?

— Читать тоже. Пристав! — повернулся я к человеку в мундире. — Вам знаком указ Его Величества короля Харольда Третьего от месяца цветения пятого числа тысяча триста третьего года от пришествия Спасителя?

— Э-э-э… — протянул пристав.

— Читайте!

Я взял со стола раскрытую книгу и протянул ему. Пристав схватил и впился глазами в текст. Когда он поднял взгляд, лицо его выглядело растерянным.

— Король Харольд, да будет благословенна его память, — торжественно произнес я, — запретил в Алитании взимать лихву в размере более чем пятая часть долга, исчисляемая за год. Я не слышал, чтоб этот указ отменили. Может мастер Иззи знает?

Сказав это, я замер. На указе короля строилась моя защита. Косвенные признаки показывали, что он действует: в заемном письме была указана именно пятая часть долга, а не треть или половина. Но вдруг норму отменили? Тогда все насмарку. Я даже ссудить денег Иллинн не смогу — потратился. Можно попросить в долг у Мэгги — в счет будущих доходов, но вряд ли дадут.