Отец с усмешкой говорит:

— Глупости. Ты была идеальна.

Мама сияет, глядя на него. Ни Ариана, ни я не улыбаемся. Взгляд Дамиано устремлен на входную дверь, его челюсть сжата.

Звонит дверной звонок, и мама делает шаг вперёд, чтобы открыть его и поприветствовать наших гостей. Кажется, по дому проносится ледяной ветер, когда входит Кристиано Монтони, высокий, гордый, в тёмном костюме.

Глаза Кристиано осматривают комнату, холодно и оценивающе, прежде чем остановиться на Ариане. В его взгляде есть что-то хищное, но также и усталое. Как у человека, который не хочет играть в эту игру.

За ним идёт другой блондин, почти такой же красивый, как Кристиано, и его представляют мне как Андреаса. Его язык тела напряжён и неуверен, и я задаюсь вопросом, не потому ли это, что он находится в компании дона Карлуччи, дона Кристиано и Дамиано Бароне — уверенных в себе, опасных мужчин. Адора говорила мне, что родители Андреаса не в мафии, но сам Андреас хочет там быть. Он хочет проявить себя и стать одним из посвящённых людей Кристиано. Полагаю, женитьба на дочери Бароне позволит ему казаться одним из нас. Как лестно.

Я наблюдаю, как Андреас хватает руку моего отца с рвением, которое выдаёт, как отчаянно он хочет быть принятым.

Тем временем Кристиано подходит к Ариане со сдержанным выражением лица. Он привлекательный мужчина, со смуглой кожей и волевыми чертами лица. К тому же он богат. Он могущественен. Он уже мафиозный дон. Я думала, Ариана будет в восторге от встречи с ним. Она всегда так стремилась угодить маме и отцу и так отчаянно хотела быть идеальной дочерью.

Когда она приветствует его, её улыбка кажется натянутой. Она изображает счастье, но едва справляется с этим. Я вглядываюсь в её лицо и за наигранной вежливостью вижу что-то обнажённое. Разбитое сердце. Отчаяние. Страх.

Челюсть Дамиано сжимается, когда он наблюдает за Кристиано и Арианой. Между ним и Кристиано чувствуется напряжение, которое стало ещё более заметным после засады в ресторане, где нас всех чуть не убили. Думаю, ему так же не по себе, как и мне, смотреть на то, как нашу сестру выдают замуж против её воли.

Я так занята наблюдением за всем этим, что не замечаю, что Андреас стоит передо мной и произносит моё имя. Когда я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на него, он слегка ухмыляется и закатывает глаза, словно не может поверить, что моё внимание было приковано к кому-то, кроме него.

— Наконец-то.

Всё точно так же, как на гала-вечере в «Коринтии». Это самодовольное предположение, что я должна быть сосредоточена исключительно на нём.