— Гадость!

— А ну, дай-ка я, — потребовал Петрович.

Прожевав кусочек, он невозмутимо заявил:

— Похоже на жженый навоз.

— А ты-то откуда знаешь его вкус? — хмыкнул Робин.

— Дед мой, царствие ему небесное, в брагу любил немного его добавлять. Я аж детство вспомнил.

— Не знаю, что там у тебя было в тяжелом детстве, но эти экскременты я осмелюсь есть только под угрозой голодной смерти. Давай лучше займемся твоим тамбовским зайцем.

Мясо неведомой зверюги оказалось весьма недурным на вкус. За неспешной трапезой полилась беседа:

— Ты-то как, жена имеется? — поинтересовался Петрович.

— Да нет, как-то не обзавелся.

— Может, оно и к лучшему. Ни жены, ни детей. У меня-то четверо, внуков уже трое. Вряд ли их уже когда увижу, аж сердце ноет.

— Петрович, ты успокойся. Не дай бог, прихватит. Врачей здесь не предвидится.

— Что ты, угомонись, у меня мотор — слон обзавидуется. Да я, если хочешь знать, до сих своих лет девкам покоя не даю. У нас порода крепкая, что дуб мореный. А я вот что весь день думаю: кому в башку пришло нас сюда затащить? Ты вот парень умный, институт закончил, как сам-то мыслишь?

— Ты по поводу института не очень на меня смотри, это был институт физкультуры, а там хорошим спортсменам почет и уважение, учеба же не главное. Я в ту пору не последним был. Но тоже весь день размышлял над этим вопросом, многое передумал. Ты вот что скажи: в ваших краях какие-нибудь странные, необычные вещи случались?

— А то! Мы же не пальцем деланы. В Михайловке у почтальонши петух яйцо снес. В Погореловке у доярки дите родилось, само черное, ликом вылитый зоотехник, а негров-то в Погореловке с сотворения мира не было. В Кудряшах старая церковь есть, так если пьяного туда в подвал закрыть и ночь продержать, все, никогда более пить не будет, веришь ли, стакан в руки и тот не идет, удрать норовит…

Через пять минут подобного монолога Робин понял, что окрестности охотхозяйства следует объявить мистическим заповедником мирового значения и причислить к известной семерке чудес света, поставив первым номером.

— Тихо, Петрович, о ваших деревенских чудесах в другой раз расскажешь. В том лесу, где мы охотиться собирались, не случалось ли чего-нибудь такого, что может быть связано с сегодняшними событиями?

— Почему не случалось? Случалось. Там инопланетяне шалят.

— Это как?

— А так. Болото видел? За ним перелесок, далее два озера. Одно так, кот нассал, другое тоже невеликое, но глубины бездонной. Караси там — во! — Руки егеря разошлись во всю ширь, изображая излюбленный рыбацкий размер. — Купаться боязно. И повадились там энти гуманоиды рыбку таскать. Сами они из себя маленькие, голова луковицей, а глазищи такие — быков завидки берут. Игнат с Погореловки там верши ставил, как увидел их, ой, что было! Уж насколько сам крепкий мужик, а на цельную неделю слег. Покуда лежал, самогона ведро выдул, еле успокоился.