— Переходи к сути, — подогнал друга Гамлет.

— Забашляем водителю институтского автобуса.

Все сложилась как по-писаному. И пронос добычи, и доставка тушек бурсаков-энтузиастов. Несанкционированный субботник в Жуковке прошел лихо, под руководством Гамлета дело спорилось, листы шкурки, кисти и ведерки с красками так и мелькали в руках. Управились быстрее, чем рассчитывали, а финал вышел всем на зависть. Мажор где-то раздобыл казан и соорудил плов на всю компанию.

— Толян! — Гамлет прикончил вторую тарелку. — Тебе нужно было поступать не в наш институт, а в главный в стране кулинарный техникум.

Признанный всеми лучший на свете повар печально молвил, кивнув на дом:

— С моей родословной иного выбора не было. Меня и так запинали за то, что в МГУ провалил экзамены. Вот что, парни. Я вам так благодарен, что не знаю, как отплатить. Поехали завтра со мной на Николину гору? Сходим на диппляж — туда столько иномарок приезжает, словно на выставку где-нибудь в Париже попадешь.

Мажор объяснил, как так вышло. Для иностранцев действовало ограничение на расстояние, на которое они могли удаляться от Москвы. Пляж на Николиной горе под это ограничение не попадал. Поэтому все дипломаты съезжались в поселок, как только выдавалась хорошая погода. Никаких запретов на проход на пляж не существовало, туда мог попасть любой желающий, и таковых набиралось немало. Если изыскивали способ добраться, а потом запарковаться — вот с этим действительно была беда, которая дипломатов обходила. Их пропускали по дипномерам через специально устроенный шлагбаум.

Поскольку большинство студентов-ремонтников желало вернуться в Москву, остались только Гамлет с Одуваном. Агдамычу и так предстояла завтра покраска дома, а Ваня не мог бросить друга одного. Они были согласны проветриться и поглазеть на диковинки, но при одном условии — что к ним присоединятся их пассии, Юля и Алла. Не успевший еще растратить свой выигрыш Спицын вызвался оплатить такси, которое привезет подружек, а потом доставит всю компанию на Николину гору.

Мажор не возражал, осталось уговорить девчонок. Одуван позвонил Алле, она с радостью согласилась и взяла на себя забор Юли.

— Заодно и познакомлюсь. Чао-какао! — проворковала она в трубку.

… Николина гора поразила. Не соснами с просеками, не уютными довоенными дачами, на террасах которых жильцы распивали чай с вареньем, и даже не импровизированным «автосалоном» на берегу Москва-реки. Ну иномарки и иномарки — поглазели, повздыхали и пошли покупать пиво в палатке, стоявшей чуть в стороне от быстро текущей воды. Нет, было куда более клево столкнуться в очереди в эту самую палатку с самим Никитой Михалковым.