— Нас будет счастливая дюжина! — сообщил Гамлет Мажору, чем поверг его не в уныние, но в раздумье.

— После сотни с гаком оболтусов и оболтусих, переживших мою стряпню на «картошке», мне ничего не страшно. Справлюсь. Может, еще плов замутить?

— Плов? Ты умеешь делать азербайджанский плов?

Мажор развел руками. Узбекский — это, можно сказать, классика жанра уважающего себя московского любителя кухарить, но азербайджанский?

— Не переживай! У нас будут «три сестры»! — успокоил приятеля Гамлет. — С родины пришлют.

Толян возбудился, словно к нему в гости в полночь заглянула Орнелла Мути — возможность расширить гастрономические горизонты его необычайно взволновала. Он радостно потер руки, еще не зная, какие сложности ждут будущий праздник.

11 ноября умер генеральный секретарь Коммунистической партии Советского Союза, и днюха Гамлета повисла на волоске.

… Если быть точным, Леонид Ильич Брежнев скончался накануне, а 11-го об этом официально объявили. Но умные люди сообразили заранее, когда 10-го, в День милиции, отменили трансляцию праздничного концерта.

Концерт этот вся страна каждый год ждала с нетерпением. Он считался лучшим и во многих дискуссиях даже опережал новогодний «Голубой огонек». Оно и понятно. Все артисты, простые ли, заслуженные ли, народные считали своим «долгом» попасть в список выступающих. Потому что следствием такой удачи всегда было знакомство с милицейским начальством. Тут кому как. Народные — они с генералами, конечно. Но для остальных и полковники годились, и кто рангом пониже. С тем, чтобы при случае всегда можно было бы обратиться и разрулить неприятную ситуацию.

Все артисты, наверняка, мечтали получить такую индульгенцию, которой совершенно заслуженно обладал Юрий Никулин. Он, поспорив с Высоцким, нагнал и пару раз пнул своей машиной в бампер гаишной. Выскочившие злющие милиционеры, завидев Никулина, тут же расплылись в широченных улыбках, заблеяли от радости. Ничего, конечно, не сделали. Только автограф попросили.

И вот — отменили концерт. Что-то будет! Ну и получили с утреца новость: казалось, мир рухнул. В том смысле что у многих зачесалось в копчике в предчувствии серьезных неприятностей. К дедушке Лене как-то привыкли, да и был он, по общему мнению, незлобным стариканом. В народе ходила полушутка, что престарелого генсека превратили в знамя — выходит, знамя уронили? Кто вместо него? Держиморда? А вдруг война? Гады-американцы не дремлют!

Для Гамлета же мир рухнул в ином смысле — убийственной новостью стало объявление, что доступ к телу будет открыт до утра 15-го ноября.