Что у нас на карте? Зеленые точки врассыпную бегут мимо желтой точки дерущегося Кемы.

— Офицеры, у нас жопа! Скорее! — крикнул я в офицерский чат.

Я внимательно наблюдал за перемещением чужака: прямо сейчас он пытается вскрыть двери между отсеками. Видимо, у него не получается, и он начинает отступать. Правильно, не смотри на карту, незачем тебе знать, где я. Я не мог прибежать так быстро! Это мой звездный час! Я метнулся к пролому, готовя «Нагибатор». Скоро «Ярость» откатится, и один бой у меня в кармане, а сейчас придется работать с тем, что есть.

Показалась спина Гбенги. Черт ты поганый, как же тебя хочется порезать на лоскуты! Когда он вылез весь и прицелился из руки-базуки вперед, я саданул его «Нагибатором» со всей дури…

Небо и земля поменялись местами, рука чуть не отвалилась. Перед глазами вспыхнули разноцветные круги.

«Это конец. Хана базе», — думал я, пока летел-свистел.

Шмяк! Я упал на песок, не получив урона — доспех чистильщика спас. Видимо, сработало «Отбрасывание», а у Гбенги было что-то типа рикошета, и мне прилетело по башке.

Вскочить!

Оценить ситуацию.

База целая, потому что Гбенгу тоже отбросило, загрохотали медленно катящиеся бочки, запахло химическим… Там топливо! Если поджечь — полыхнет, и хана вертолету. Нельзя!

«Нагибатор» лежал в паре метров от базы.

— Не стрелять! — крикнул я. — Горючее вытекло.

И метнулся к медленно ворочающемуся чистильщику.

— На месте, — отчитался Тетыща.

— Бергман — ко мне, остальные — помогать Кеме, — скомандовал я.

Скорость — мой козырь. Подхватив «Нагибатор», я рванул к мерцающему Гбенге, который медленно наводил на меня базуку и одновременно пытался уйти в невидимость.

— Не стрелять! — повторил я и вместо того, чтобы врезать по чистильщику, схватил его за руку-трубу и толкнул вперед, подальше от вертолета, не рискуя придавать ускорение «Нагибатором» — меня могло отбросить к вертолету.

Толчок был достаточно сильным, и противник пропахал песок.

— Его доспех отражает удары, — поделился я наблюдением. — Пули, видимо, тоже отскакивают.

Вот, теперь можно бить! Я обрушил на него «Нагибатор», вбивая чужака в землю. И получил рикошет, как будто и меня кто-то сзади долбанул. И так просаженная «активность» опустилась еще на 3%, зато у Гбенги снялось 6%! Значит, мне возвращается половина от того урона, что получает он.

Я упал на чужака. Что же с тобой делать, падла? Пока мы возились, борясь в песке, никто не мог взять верх.

— Рядом, — услышал я Тетыщу.

— При ударе половина урона возвращается, мне нельзя рисковать здоровьем.

Вскочив, я на секунду выключил «Ветер», перекинул Тетыще «Нагибатор». Секунды хватило противнику, чтобы пространство будто бы завернулось внутрь, и он исчез.