Одновременно загрохотал крупнокалиберный пулемет. Воздух над арабами заискрил — их накрыло защитным энергетическим куполом.

Урон пулемет наносил бешеный, и купол над сбившимися в кучу чужаками слетел.

— Мочи босса! — мысленно скомандовал я, помня, что, если вывести из строя чистильщика, подчиненных скрутит откатом.

Теперь вспыхивали индивидуальные щиты, спасая группу.

— Рассредоточиться! — проорал Абдулазиз. — Мухаммед, Салим, щиты на меня! Остальные — к варану!

Кема исчез, Тетыща постреливал из-за броневика, не рискуя лезть внутрь. Налетчики двигались к моей «амфибии», отчаянно отстреливаясь.

Где вы, дети мои бездушные? В атаку!

Из зарослей вылез отожранный амбал 34-го уровня и ломанулся к арабам — они принялись расстреливать теперь его. Следом появился тошноплюй, харкнул на ближайшего. Кто-то заверещал — видимо, попало кислотой.

Основной урон врагу наносила Вика, я держал противника под прицелом автомата.

— Тетыща, — крикнул я мысленно. — Не стреляй. Держи их под прицелом. Прикрывай Вику, не дай бросить гранату!

— Откуда эти мертвецы? — кричал кто-то из налетчиков. — Почему они нападают на нас⁈

— Заткнись и стреляй! — рявкнул другой.

Противник двигался ко мне спиной вперед, подсвеченный фарами броневика. Один араб сделал замах, я успел прошить его очередью. Сквозь грохот пулемета донесся крик. К сожалению, араб гранату не выронил. Зато я не заметил второго противника, бросающего гранату— все-таки сложно ориентироваться в темноте, и она бахнула о броню «амфибии».

— Вика! — позвал я ее, и сердце сорвалось в галоп. — Костя, смени ее…

— Жива, — прохрипела она. — Успела спрятаться.

Амбал вломился в ряды врага, сея панику и неразбериху, к нему присоединился нюхач, нанося удары руками-пиками. Снова заработал пулемет. Я сфокусировался на чистильщике — он начал терять «активность», все щиты слетели. Причем урон получал он довольно быстро — видимо, качался как дамагер. «Стеклянная пушка», — всплыла в голове аналогия из компьютерных игр.

— Не отступать! Кто побежит, я сам убью! — орал Абдулазиз.

— Е-е-е! — кричала Вика у меня в голове.

Ко мне арабы больше не пытались пробиться, вместо этого встали кругом, защищая своего босса, ушли в темноту — бездушные потащились за ними. Нюхача они положили, но на его место пришел неуклюжий амбал, и тошноплюй харкал из засады.

Ящера я из вида упустил — видимо, он ушел в невидимость.

— Кема! Не высовываться! — скомандовал я.

— Выполняю, — отозвался он.

Вражеский чистильщик был в броне, и довольно неплохой, но она не спасала от крупнокалиберного пулемета. И от меня. «Фазовый взгляд» подсвечивал уязвимости, и я выстрелил туда, где башка соединяется с позвоночником.