Я открыла дверь своим ключом и вошла в квартиру. Из комнаты в прихожую струился мягкий свет от торшера. Уют, тишина — будто и не случилось ничего страшного.

Успела лишь положить сумочку на трюмо и разуться, как оказалась в объятиях Димы, который в майке и шортах вышел навстречу из комнаты.

— Привет, любовь моя. Как доехала?

— Привет, дорогой. Что у нас случилось, почему такая срочность?

Вместо ответа Дима сделал пригласительный жест в комнату. Я прошла туда и увидела открытый чемодан, доверху заполненный вещами.

— Ты что, уже уезжаешь? — я растерянно подняла глаза на него. — Ты же говорил, в четверг, а сегодня…

— Я уезжаю в командировку, в Афганистан, — ответил Дима.

— Как? — у меня подкосились ноги, и я села на диван. — Ты же там уже был, неужели могут второй раз отправить?

— Могут, — спокойно сказал Дима. — Помнишь, я тебе говорил про Юрку? Ну, то, что он погиб?

— Конечно.

— Сегодня было совещание. Понимаешь, на место выбывшего нужен человек, и желательно побыстрее. Прапорщика или лейтенанта можно найти быстро, а вот майора и выше не так просто. А я как раз под рукой оказался, в Москве.

— Дима, — я, не отрываясь, смотрела на него, — да как же так? Как ты мог согласиться? У нас же столько планов! Как я теперь… что мне делать?

Он усмехнулся:

— Ты думаешь, моего согласия кто-то спрашивал? Да и не могу я взять и отказаться. Пойми уже, бой — это моя профессия, это то, чему я учился. Для меня это такая же работа, как для тебя билеты продавать.

— То есть тебе просто приказали, и все? И я вернусь домой, а тебя там не будет?

Дима вздохнул, присел на диван, взял мои руки в свои.

— А у тебя свои задачи теперь. Во-первых, развестись с Вадимом. Во-вторых, связать мне свитер. Да, свяжешь?

— Конечно, — ответила я понуро.

— Ну, не грусти, — Дима крепко обнял меня. — Я уезжаю для того, чтобы вернуться, слышишь? Я вернусь к тебе, чего бы это ни стоило.

— Когда? На какой срок тебя отправляют? — честно говоря, у меня все это просто в голове не укладывалось.

— На какой срок — неизвестно. Может, на год, может, на два. А, может, и раньше получится, точно никто не знает. Давай договоримся так: если я освобожусь раньше, то приеду в наш город, и сразу к тебе. Обещаю, ты первая узнаешь, что я приехал! А если через год я не появлюсь, то приезжай сюда.

— Сюда, в эту квартиру?

— Да, и иди про меня узнавать. Сейчас продиктую адрес и телефоны.

Я с ужасом уставилась на него. Что он имеет в виду «узнавать»? Узнавать, не случилось ли что-то непоправимое?

Трясущимися руками достала я из сумочки записную книжку и, — медленно выводя буквы, которые не слушались, норовили съехать и оборваться, — внесла данные. Получается, любимого могут убить, а я даже знать не буду, пока сюда не приеду. И как, спрашивается, я буду жить, спать, смотреть телевизор, — зная, что в любую минуту могло произойти самое страшное?