— Дорогие друзья! Мы собрались с вами сегодня по исключительному поводу. Шестьдесят пять лет назад в нашей стране произошла Великая Октябрьская социалистическая революция. И мы, и вся страна празднуем освобождение рабочих и крестьян от кучки эксплуататоров, которые веками грабили народ. Подумать только, победили светлые прекрасные идеи, которые позволили отменить рабский труд рабочих, отдать землю крестьянам. С праздником, товарищи!
— Ура, товарищи! — гости начали чокаться рюмками и бокалами.
Володька, сидевший рядом со мной, прошептал мне на ухо:
— А эта Валентина Николаевна, она работает?
— Работает, — почему-то сказала я. На самом-то деле она не работала.
— И сколько она получает?
Я вспыхнула:
— Что за вопросы?
— А что такого?
— Отстань. Пойди сам у нее спроси.
— А что сразу отстань? Надеюсь, вы не собираетесь ее здесь прописывать?
— Володя, — я выразительно на него посмотрела, — неприлично за столом шептаться. На нас уже люди смотрят.
— Может, тогда на балкон выйдем, покурим?
— Я не курю.
В общем, весело было. Опять звучали тосты, опять все танцевали.
Муж Пашиной оказался интересным, добродушным парнем. Поддерживал компанию, шутил все время.
И на следующий день не надо было на работу, несмотря на рабочий день. Мы с Риткой сходили на берег — полюбоваться морем, пока оно не замерзло. На обратном пути зашли в магазин. Вернулись домой.
Это были замечательные дни замечательного праздника. Кто же знал, что почти сразу после них страну настигнет величайшее потрясение?
Глава 28
Утром одиннадцатого ноября я приехала на работу и первым делом включила радио. Под его неспешное бормотание уютнее было в огромном помещении заниматься текущими делами.
Потом бормотание сменилось классической музыкой. А потом хлопнула дверь. О, первый посетитель!
— Веселуха? — услышала я наглый возглас и чуть не выронила фолиант из рук. Неужели Четвергова вернулась?
Но на пороге стояла Садовская, злая, как черт. Хм, а я думала, у этой мозгов все же побольше, чем у курицы. И уж больше, чем у ее подружки Четверговой. Даже не подумаю выключить радио, не так уж оно громко играет, чтобы помешать работе.
— Что вы хотели? — деловито спросила я, сделав вид, что не заметила бестактного замечания.
— Вот, — она протянула мне бумажку, на которой было лишь название руководящего документа, без номера.
Я взяла бумажку и пошла искать РД по алфавитному каталогу. Нашла номер, но на полке такой книги не оказалось. Тогда я полезла в ящик с индикаторами.
— Этот документ в настоящее время на руках, — сказала я, возвращая бумажку, — в плановом отделе.