Машина медленно проехала мимо форта, Капелюш то и дело бросал в зеркало заднего вида вопросительные взгляды, но тишину не нарушал. Да и мне говорить не хотелось.

Красноголового, в конце концов, изловили и уничтожили Хегийские Мстительные Сотни. Не бог весть какая сила, ну так и повелитель Скверны божком был довольно мелким. Кто пробрался в местную Европу много лет назад — мне неизвестно. Может, тоже какая-то мелочь. А может быть, и Молчащий.

Я полез в карман за телефоном, вытащил его и набрал Панову. На пятом звонке девушка ответила, голос был слегка запыхавшийся.

— Здравствуй, Саша. Как там Люций?

— Всё так же, Михаил Иванович, — сухо сообщила она. — Ваша биомантка ещё с ним.

Сразу после зловещего выброса, потрясшего округу, я попытался выяснить, что случилось, у единственного надёжного источника — Люция, способного слышать Скверну. Оказавшись у дома вечного, так и квартирующего у Пановой, я обнаружил человека, на которого так сильно рассчитывал, без сознания и в крови. Саша не паниковала, не плакала и слушала мои инструкции с плотно сжатыми губами, а после этого съездила за Ириной в Хрипск и привезла обратно.

И это при том, что Панова сама проснулась от ночных толчков и первой нашла Люция, лежащего в кровати на спине с раскрытыми глазами и с дорожками кровавых слёз. Простыня была мокрой от крови.

Пульс у вечного был, и дышал он глубоко и свободно, словно всё ещё спал. Что бы там ни пробудилось на западе, оно сожгло мозги бедному Люцию.

— Дай мне знать, когда он очнётся, — попросил я.

— Если он очнётся…

— Ты же знаешь, что он за птица, не бери в голову.

— Ирина говорит, что у него все признаки повреждения мозга… Что, если он всё забудет? — голос Пановой неожиданно дрогнул.

— Готовимся к худшему, ожидаем лучшего.

— А что, если она поймёт, кто такой Люций на самом деле? — почти шёпотом спросила Александра. — Она ведь биомант.

— Спокойнее, он уже несколько раз сталкивался с целителями. Не дуй на воду, — поспешил успокоить её я, и не соврал. Возможно, Буревой бы заподозрил что-нибудь, а Ирина… Максимум, что заметит — хороший иммунитет и способности к заживлению. Да и после возвращения бывшая монахиня вела себя ниже травы и тише воды.

— Я всё равно пригляжу за ней.

— Было бы неплохо, — согласился я. — Держись, и помни: в случае с Люцием всё решит только время.

С этими словами я отключился и сунул телефон в карман. Вечный восстановится, он себе и голову уже отращивал. Значит, и с выжженным сознанием должен справиться. Хотя внутри появился осколок льда. Как бы там ни было — Люций был частью моей команды. Возможно, самой стратегически важной частью, и то, что явилось с запада, вырубиломоего человека, устроив лишние проблемы.