И это было лучшее вложение сил.
Сегодня её супруг считался признанным гуру в этой области, которая захватывала всё большую часть повседневной жизни.
К сожалению, новые веяния затронули и артефабрику отца. Он так и не сумел разобраться в технической составляющей. Его отправили на крохотную пенсию, выделенную от щедрот владельцем, а на место управляющего взяли столичного паренька. Отец надеялся подсунуть ему меня, но тот оказался молодым да ранним, приехал с женой и ребёнком.
Отца попросили покинуть служебное жильё и перебраться в квартирку попроще.
Разумеется, любая помощь от родителей прекратилась. Её и раньше было всего-ничего, а теперь вовсе не стало. Папе нужно было пристроить замуж младшенькую и дать образование второму сыну. Эндрю пришлось довольствоваться рядовой должностью, он запил и во всех своих неудачах винил меня. Нужно же кого-то винить?
Венди, последняя моя однокурсница, не отличалась ни происхождением, ни характером, ни внешностью. Ничем. Она тенью бродила с Бекки на вечеринки, слушала рассказы Лиззи о высшем обществе, разделяла вздохи Софи о семейной жизни и составляла мне компанию на дополнительных занятиях. Рядом с нами ей доставалось немного мужского внимания.
Что уж.
Я чувствовала себя практически королевой факультета. Мне было не жалко.
Кто только за мной ни ухаживал!
Разве я могла подумать, что ухаживания — это одно, а женитьба — совсем другое? Но тогда, в академии, я считала, что весь мир у моих ног, и позволяла себе посмеваться над влюблённым в меня до одури Флойдом Коннером. А когда после окончания учёбы до меня дошло, что желающих предложить руку и сердце не так много, точнее, не совсем, я вспомнила о преданном однокурснике.
И тут Венди поделилась радостной новостью — она скоро станет госпожой Коннер!
Жизнь щедра на насмешки.
— … Но, конечно, больше всего в женской гостиной обсуждали новый Благотворительный календарь, — дёрнув бровью, поделилась Лиззи. — Видели? Купила по большому знакомству.
И она вынула из ридикюля свёрнутый в трубочку большой перекидной календарь.
Глава 3 Скандальный календарь
Грейс
Я сразу оценила качество печати. Оно было божественным! Краски были яркими, бумага — потрясающей, изображения — как живые! Настолько, что хотелось потрогать картинки руками.
Но я поостереглась.
— Какой он хорошенький! — Софи-таки не удержалась и провела пальцем по бесстыдно обнажённому торсу Мистера Января.
На мой вкус, этого грубого и сурового мужчину можно было назвать как угодно, только не «хорошеньким».
Мистер Февраль был изящней, но тоже сверкал сокровенным.