— Я верно понимаю, что вы не захотели выслушать мое предложение? — спросил Маджуро у группы наиболее богато и вычурно одетых людей. — Да, вы, Девятка, уж не знаю, кто из вас кто, но не собираюсь даже спрашивать имена! Узнаю позднее, когда те, кто останется, сделают свой выбор.
— Что он несет? — с деланой озабоченностью поинтересовался Фли у Черной Бороды. — Говорящая свинья на борту!
Напряжение, вызванное странно смелым пленником, рассеялось. Перебивая друг друга, пираты стали осыпать императора эпитетами, далекими от «вашего величества». Кто-то накинулся на ту тройку, что его связывала, с обвинением в криворукости и неумении вязать нормальные узлы.
Маджуро поднял ладонь. Веселье стихло. В возникшей тишине все услышали громкий и уверенный голос императора:
— Я хотел предложить вам много больше, чем обещал Рециний. По аналогии с автономными областями Империи я собирался подарить вам — официально! — все Южные острова, включая Зубастый! Вы могли стать баронами, а ваши потомки — аристократами! Вы получили бы больше, чем золото, — землю! Могли зажить прекрасной и мирной жизнью, управляя собственными владениями! Но вы выбрали другое… — Маджуро сделал паузу, и среди пиратов пошли шепотки.
— Ты эти сказки будешь Рецинию рассказывать, может, он и пощадит тебя! — крикнул Фли. — Мы Береговое братство! И не стремимся к миру, нас не заманишь пустыми обещаниями!
— Да он просто наложил в штаны! — рявкнул Черная Борода, вызывая взрыв смеха. — Вот и лепит! К гадалке не ходи, уже утром будет обещать пол-Империи и свою жену в придачу, якорь мне в жопу!
— А он разве женат? — удивился кто-то из капитанов. — Я слышал, он больше по мужикам…
— А коли нет, так найдет, чем еще расплатиться! Ха-ха!
Лука дождался, пока веселье сойдет на нет. Под складками плаща руки уже принимали боевую форму, одежда маскировала то, как тело покрывается прочной металлической сеткой, вытягиваются, пробивая кожу, хищно извивающиеся мономолекулярные «плети», при помощи аналога которых он подавил бунт генерала Хастига…
— Я спрошу последний раз, — прошипел Маджуро, едва справляясь с бурлящим в крови адреналином. — Вы со мной или вы против меня? Выбирайте!
— Пошел ты… — пробормотал Фли и потянулся за клинком.
Что он хотел сказать еще, осталось неизвестным. Никто не понял, почему глава Девятки вдруг умолк, схватился за горло и захрипел, булькая кровью. В тот же момент с плеч других капитанов ни с того ни с сего слетели головы.
Кто-то из команды сообразил, что виной всему император. «Режь гада!» — раздался крик матроса, и на Маджуро, блестя в лунном свете саблями и ножами, бросились со всех сторон…