Крестный сломал печать. Мы с Огородником стояли рядом.
Степан Анисимович прочел сперва молча. Потом вернулся к началу и нахмурился.
— Что там? — спросил Огородник.
Крестный разложил лист на столе и прочел вслух:
— «Исполняющему обязанности атамана станицы Лончаково вахмистру Кравцову. Получены сведения о готовящемся нападении на казённый приисковый транспорт. Обоз выступил досрочно и следует изменённым маршрутом. Предписывается немедленно выслать усиленный встречный конвой к Чёрному ключу. Прежний путь по реке и старой гати не занимать. Выделить не менее дюжины казаков. Для опознания использовать пароль предыдущего транспорта. Обратных запросов по открытой телеграфной линии не производить».
Глава 11 Третий столб
Срочное донесение лежало на столе рядом с обрезком медной проволоки, который Игнат Савельевич привез с телеграфной просеки. Тут же записанные мною показания Ульгэ и прежние бумаги по сопровождению приисковых транспортов.
За окнами окончательно стемнело. Вьюга задувала будь здоров, а мы снова перечитывали доставленное из Козловской предписание.
Албазов с Игнатом Савельевичем и двумя казаками вернулись с просеки незадолго до появления нарочного. Третий столб они осмотрели, нашли свежую вставку и место, где недавно стояли легкие санки. Самих людей поблизости не оказалось.
Следы уже было почти не разглядеть. В темноте казалось, что колея уходит вдоль просеки к Козловской. Далеко по ней Албазов не пошел: неизвестные могли быть рядом, а лезть ночью по чужому следу, не зная их числа и намерений, было глупо.
Теперь Денис Палыч стоял возле стола, растирая покрасневшие пальцы.
— Транспорт выступил досрочно, — произнес крестный. — Прежний путь поврежден. Встречать нужно у Черного ключа. Сперва провести разведку и очистить проход. Выставить не меньше дюжины казаков. Для опознания использовать прежний пароль.
Он перевел взгляд на Огородника.
— Тебе что-то не нравится, Денис Иванович?
— Почитай, все.
Огородник придвинул прежнюю ведомость.
— По расписанию транспорт должен выйти позже и идти по реке до косы, потом через старую гать. А тут и путь другой, и срок, и прежний пароль. Вдобавок возле третьего столба кто-то с проводами мудрил.
— Свежая вставка там и правда есть, — подтвердил Албазов. — И следы двух человек.
— Но распоряжение доставили из Козловской, — заметил крестный.
— Нам привезли заверенную копию телеграммы, — ответил Огородник. — Кто ее составлял, кто передавал и кто принимал, мы не знаем.
Номер, время приема и подпись дежурного на первый взгляд выглядели как надо. Только после хабаровской неразберихи, тайной проверки телеграфных аппаратов и ареста Овсянникова доверия бумага не внушала. Хуже всего, что времени на проверку почти не было.