— Как думаете, опасность заразы может повториться?

— Место жаркое, окружение ненадежное. Каспийская флотилия сейчас занята. Но мы прилагаем все усилия. Местный губернатор идет навстречу во всех мероприятиях.

— Это с почтовой службы переведен который?

— Он самый. Позвольте заметить, также отличилась команда негров, моих гостей, да что говорить, теперь уже бразильских казаков под руководством Федора. Фамилию не знаю.

— Про них отдельный разговор. Что еще за казаки?

— Обычные, бразильские. Культурная экспансия, так сказать, — я вспоминаю, что подробно докладывал про них.

— Много их?

— Мало. Но лиха беда начало.

— Насколько они близки вам?

— Федор считается родственником, я Вамрассказывал.

— Да-да, помню. Он здесь?

— Прибыл по Вашему указанию.

— Еще вопрос, что случилось с английским купцом, которого вы освободили от турок?

— Он утонул.

— Печально, — глаза его улыбаются, — у вас находится еще один англичанин, захваченный недавно. Вы его привезли?

— Привез, — вздохнул я, — и желал бы использовать.

— Понимаю ваши устремления, но его нужно освободить. Я познакомлю вас с капитаном Грейгом, можете ему доверять в этом вопросе, он его и заберет. А сейчас хочу наградить ваших родственников.

— Смиренно прошу учесть при награждении, что Кирилла Васильевича, командира батареи, ждет девушка, браку с которой препятствует его сословное положение.

— Учту. А на ваш счет будет отдельный разговор.

Была позвана свита, и началась раздача слонов. Мои заходили пред светлые государевы очи, как каменные. Я боялся, чтоб в обморок не упали.

За спасение наследника Фрол получил потомственное дворянство. «Какой Курицын? — поднял брови Император, курицы не летают. Соколы наши здесь летают. Отныне Соколов-Болгарский будет твоя фамилия». К дворянству пожаловано имение в Новороссии близь Горловки, пять тысяч рублей серебром и специальная медаль. Совершенно обалдевший Фрол на прямых ногах вышел.

Кириллу пожаловали чин подпоручика от артиллерии. И, без всяких проволочек потомственное дворянство, право на которое этот чин дает. Он теперь Турин-Костромской. Плюсом три тысячи рублей ассигнациями и поместье в Псковской области.

Петру также жаловали дворянство, имение в Мереславской губернии и пять тысяч ассигнациями.

Остальным командирам расчетов достались деньги по пятьсот рублей.

С Федей беседовал Государь долго и обстоятельно. Тот маху не дал, расписывал свое положение, связи и возможности с истинно африканским размахом. Особенно, финансовое влияние на сильных мира. Император проникся и жаловал Федю за военные подвиги чином хорунжего. Что еще обсуждали и какие задания Федя получил, в тот день мне узнать не удалось.