Аин был прав – результат меня и правда удивил. Видимо, ящик причудливым образом перемешивал при доставке все блюда, превращая их в нечто не особенно съедобное. Кроме, очевидно, фруктов. Видимо, он не искажал только то, что не содержало никаких примесей.
– Эй... – прошептали рядом. Я увидела домового, который прятался за ящиком так, чтобы Аин его не заметил. – Не смотри сюда. Обычно меня никто не видит, если я этого не хочу, но кто знает, на что способен тёмный принц. Очень уж он страшный. Аура... бр-р-р.
– Что случилось? – шепнула я, стараясь практически не разжимать губ и делая вид, что продолжаю с интересом во всех деталях изучать пирожковый ком и настолько увлечена, что аж наклонилась к нему. Будто ничего красивее в жизни не видела.
– Ректор рвёт и мечет. И, кажется, он задумал что-то очень нехорошее. Тот тип из Совета сказал ему, что девушек в любом случае увезут из академии. Ректор не сдержался и заорал: “Вы всех хотите забрать себе?!” Тот с ухмылкой заметил, что ректору лучше не повышать на него голос и добавил: “А то ведь вряд ли у вас есть доказательства, которые помогут вам завтра выкрутиться и остаться во главе академии”. Вот после его ухода ректор и озверел...
Домовой неожиданно замолчал, устремив взгляд мне за спину.
Я резко выпрямилась и охнула, поскольку наткнулась на что-то твёрдое, едва не завалившись вбок от неожиданности. Но мне не дали. Сильная рука легла мне на живот, зафиксировав меня в весьма беззащитном положении и крепче прижав к невесть как оказавшемуся позади мужскому телу.
От неожиданности я случайно ударилась локтем о ящик, он возмущённо полыхнул и, видимо, отправил пирожковый ком обратно, поскольку тот исчез. Куда конкретно он его отправил, я в тот момент не задумалась – не до этого было.
Мы с домовым оба с ужасом застыли, будто любовники, застуканные законным супругом в самый пикантный момент.
– Любопытно, – прозвучал над моей головой голос Аина. – Ты подружилась с домовым? Не думал, что это возможно.
Как он так бесшумно там возник? Ладно я могла не заметить, но насколько надо двигаться стремительно и тихо, чтобы застать врасплох домового?
Руку с живота Аин, к слову, так и не убрал, будто подозревал, что я попытаюсь сбежать. Она так и лежала там, обжигая чувствительную кожу сквозь ткань.
Домовой почему-то тоже не убегал, за что я была ему до крайности благодарна.
И мы оба с ним с напряжением ждали реакции Аина. Ждали чего угодно, но только не того, что он сказал в следующий момент, до крайности изумив нас обоих.
– Мне казалось, что домовые гордые и неприступные, что они считают ниже своего достоинства общаться с кем-то вроде нас, – с холодным интересом произнёс он. – Если бы я допустил мысль, что это не так, сам попытался бы наладить общение.