— Ну вот и решено! — Крах хлопнул ладонью по столу. — Сперва попробуем сразиться с ним сами. Если я не сдюжу, передам Коготь тебе, и ты используешь свою способность. Ну, а если и так не выйдет — ничего! Когда на кону уничтожение твари, которая стёрла с лица материка наше королевство, растоптала нашу культуру и столетиями охотилась на нас, как на зверей… я готов отказаться от божественности. Да что там, я сдохнуть готов, лишь бы это чудовище перестало существовать!
— Хорошо, — одобрил я. — Когда ты сможешь нас провести?
— Если пойдём только ты и я, — Крах даже не задумался, — то прямо завтра.
— Я хочу взять свою группу с собой, — покачал я головой. — Кляйн и Ванорз — Призванные, они возродятся после смерти. Гильт — бессмертный миньон, я смогу его поднять снова. Хамель уйдёт в тень, если станет опасно. А Ярна — дракон… её не так-то легко убить.
— Даже если я паду, — храбро заявила драконица, — мастер поклялся поднять меня умертвием!
— У тебя отличные друзья, — улыбнулся Крах. — Ладно! Не думаю, что мы сильно задержимся, если пойдём группой.
На ночёвку мы остались в лагере орков. Утром Крах поговорил со своими тремя подручными, они командовали отрядами и были кем-то вроде офицеров. Одного мы уже знали, — это был Рах-Газ, двое других оказались такими же, как он, здоровяками с похожими двойными именами.
Один из них доложил, что у гробницы королей заметили паладинов. Краха это не особо взволновало — последнее время такое происходило часто, и так как мы собирались пробраться в пирамиду окольными путями, встретиться с группой церковников, направляющейся внутрь через центральный вход, нам не грозило.
Раздав указания, Крах повёл нас к одному из коридоров. Я заметил, что лагерь сворачивается — видимо, орки постоянно меняли место ночёвки. Некоторое время мы плутали по катакомбам, потом выбрались на поверхность, чтобы вновь уйти в туннели у следующей пирамиды.
Наконец добрались до гробницы королей. Когда мы вышли из руин, в которые нас вывел очередной туннель, и нашим взглядам предстала пирамида гробницы, я остолбенел, настолько гигантским оказалось это строение. Треугольные грани уходили в небо, а мы на их фоне смотрелись ничтожными муравьями. На ровных склонах выделялись ниши, что-то вроде балконов, с остатками статуй, лишь усиливающих осознание исполинских масштабов. А если прикинуть, что приличную часть пирамиды ещё и поглотили пески пустыни, что особенно было заметно по ступеням подъёмов, имеющихся на гранях…
Когда мы начали осторожно обходить пирамиду, то увидели и телеги паладинов. Их было две; крытые парусиной, они стояли у аллеи с частично сохранившимися колоннами возле главного входа; плюс в глаза бросалась бронированная карета. Вокруг мельтешили фигурки людей, много, но с такого расстояния пересчитать их было нелегко.