— У меня никогда не было такой шикарной комнаты, — не придавая этому особого значения, сказала девушка, — главное, что она совсем рядом с твоей! Можно я буду тут у тебя убираться? Я слышала, сейчас, пока тебя нет, убираются жрицы, по очереди… можно это будет моя работа?
— Просишься ко мне в оруженосцы? — пошутил я, надевая перчатки, но Руна так и замерла от моих слов с накидкой в руках.
— А можно?
Я внимательно посмотрел на нёё и прищурился.
— Я подумаю, что можно устроить… А ты чего не одеваешься?
— А я убежала прям так… — немного смутилась Руна.
— Тогда накинь это, — с усмешкой протянул я ей плащ обратно, подумав, что сейчас на этаже только девушки и она могла бы пойти и так.
Едва мы вышли в коридор, из своей комнаты показалась Кларисса и театрально ахнула, прикрыв рот ладонью и округлив глаза при виде Руны. Я улыбнулся, а Руна покраснела, но шагала с гордо поднятой головой. Только Ярны тут не хватало, подумал я и открыл дверь комнаты Руны; я уже знал, что Петра нас ждёт.
Она уже застелила постель, и пока Руна одевалась, Петра, наоборот, сбросила одежду и снова предстала предо мной нагишом. Теперь я мог рассмотреть её внимательнее и быстро понял причину её печали: вблизи некроплоть действительно выглядела уродливо. Ткани мутировали с целью достичь максимальной функциональности, чтобы усилить мощь и выживаемость нежити… тут не до красоты. Петра медленно поворачивалась, подчиняясь моим ментальным указаниям, а я пытался придумать, как исправить дефекты.
Когда я примерно прикинул фронт работ, Петра легла на кровать лицом вверх; со спиной всё обстояло проще, её я решил оставить на завершающий этап. Начал я с рук. Сперва осмотрел пальцы: оказалось, ногти Петры стали выкидными и походили на штыки. Я попросил выпустить их на всю длину и начал работать. Негативной энергией стал сжимать эти когти, а позитивной разглаживать. Ужав коготь почти наполовину, я добился необычайной крепости этой костной некроткани, Кончик сделал под ноготь, овальным. Полирование и одновременное сжатие привели к тому, что этот псевдоноготь сделался совсем уж неразрушимым и приобрёл стеклянистый вид, чем-то напоминающий серую жемчужину.
— Щекотно, — сказала Петра; моя работа требовала полной концентрации, и я не хотел отвлекаться на ментальную связь, поэтому попросил её озвучивать свои ощущения.
Обработав все когти, я затянул ставшие слишком широкими полости некроплотью, подав негативной энергии. Потом заставил Петру несколько раз убрать и выпустить их и исправил огрехи. Дальше занялся непосредственно пальцами. Снаружи почти все они имели роговое покрытие, и я стал сжимать его негативной энергией, а потом изменять клеточную структуру с помощью позитивной. С тыльной стороны и на ладони легко получилось создать кожу, почти не отличимую от человеческой, разве что с неестественным бумажно-серым оттенком. Поигравшись позитивным потоком, я смог добавить смуглый пигмент — единственный, который прижился, — благодаря чему кожа стала похожа на обычную, но какая бывает после загара. А вот сжатие рогового покрытия привело к неожиданному результату: появилось нечто подобное коже, только обладающее необычайно прочной структурой. Уверен, обычное оружие такую «кожу» разрубить не сможет. На ощупь она была немного шершавой, но на вид от человеческой не отличишь. Эффектом сжатия стал тёмный, почти коричневый цвет.