Быстро смекнув, что путь к сердцам повстанцев лежит через желудок, эльфы после обеда снова отправились на охоту и умудрились добыть к ужину даже несколько птиц. Ванорз снова обливался потом, согнувшись под тушей кабана, гораздо больше того, с которым когда-то угораздило столкнуться мне в этом лесу.
На следующий день на караван было совершено нападение. Эльфы отлучились на охоту, а веером идущие на отдалении от каравана разведчики прозевали угрозу: пять заражённых растительной дрянью волков подобрались совсем близко к центру и напали на людей с тележками. К счастью, рядом оказалась группа шахтёров, и когда мы подбежали на шум, один из дварфов разбивал молотом череп уже последней твари. Вот только волки успели серьёзно подрать одну женщину и поранить ещё несколько человек.
Благодаря моим заклинаниям бедняга осталась жива, но её пришлось отправить в тент к шахтёрам — хоть раны и затянулись, ей требовалось время, чтобы прийти в себя после пережитого. Прочих раненых я подлечил канализацией энергии.
Похоже, мы проходили через места, поражённые этой непонятной заразой, — нападения участились, порченые звери бросались на людей с бешенством и полным отсутствием инстинкта самосохранения. Эльфам стоило больших трудов найти незаражённую дичь, а многие охотники-культисты вернулись вовсе без добычи.
На ночёвку лагерь разбили плотнее, охрана по периметру ощетинилась копьями, а в патруль вышли только эльфы — люди опасались бродить в темноте. Даже несмотря на скопление народа, я заметил во тьме белое фосфоресцентное свечение — теперь направление на руины я мог определить без проводников.
Благодаря эльфам ночные нападения не нанесли существенного вреда… по крайней мере, ко мне никто с просьбами подлатать раны не обращался. В течение дня я много раз обращал внимание на всё чаще встречающиеся костяки неглубоко под землёй. Мой взгляд из-за завесы легко обнаруживал энергетические контуры нежити, иногда встречались довольно крупные скопления… на голема, конечно, они бы не потянули, но вот на химеру вполне. Причём от многих костяков отходили тонкие, торчащие из травы энергетические усики, чутко реагирующие на проходящих поблизости людей. Я подозревал, что это некое подобие механизма для определения свой-чужой, и, не будь мы на стороне «тьмы», эта нежить выскочила бы из-под земли и набросилась бы на нас.
Из-за близости к цели караван шёл компактно, охотники не выдвинулись утром, а заняли позиции наряду с охранением. Люди спешили, и благодаря возросшей скорости (а также тому, что лес сильно поредел) мы добрались до руин немногим позже полудня.