— Тысяча извинений, сеньор, не могли бы вы оказать мне любезность и убрать ваш тюк с моих коленей?

— Охотно, ваша милость! А где же ваша шляпа, сеньор?

— У вас на голове, ваша милость!

— Но где же тогда моя?

— О, вы только не огорчайтесь, сеньор: она случайно вылетела в окно.

К счастью, шляпу подобрал верховой слуга, который для таких случаев и скачет за дилижансом, чтобы подбирать свалившийся багаж и вещи пассажиров.

Как только это выясняется, поднимается буря восторгов, но тут же возникает новое затруднение — путь дилижансу преграждает ручей или небольшая, но быстрая речка. Слуга и добровольцы из пассажиров начинают собирать в округе камни-голыши, которых в пампе не так-то уж и много. Наконец какое-то подобие брода, обливающегося шевелящейся пеной, готово, и с поистине адским грохотом наш бравый дилижанс форсирует речушку.

Кажется, по законам физики это никак не может произойти, однако происходит, и вот уже под радостное гиканье кучеров дилижанс мчится дальше. Но тут ополоумевшему кучеру, испустившему страшный боевой вопль, в голову вдруг приходит охота показать высший класс езды по пампе, со скоростью примерно километров 25 в час. И начинается… Гонка «Формула-1»!

«Ты думаешь, если степному орлу жизнь перья из хвоста повыщипала, так он и летать перестанет? Он еще взлетит! Так взлетит, что всем вокруг тошно станет!»- вероятно именно такое кредо играет в заднице у кучера.

На лошадей кричат уже все одновременно, включая и наиболее азартную часть пассажиров.

Дилижанс на полном ходу раскачивается и кренится не менее резко, чем судно в открытом море в шторм. И тогда форейтор, чувствуя себя рулевым на мостике, начинает совершать опасные маневры. В это время главное для кучера на ископаемых козлах — не зевать. Как только форейтор, под благий мат и кастаньедное щелканье кнута, заставляет передних лошадей круто менять направление движения градусов, скажем, на десять, нужно наклонить корпус дилижанса в сторону, противоположную направлению поворота, градусов уже на тридцать.

Для этого четверка лошадей должна, в свою очередь, наклониться на шестьдесят градусов. И так то в одну сторону, то в другую. Со скрежетом и на всем скаку. Мать-мать-мать! Чувствуешь себя как будто тебя засунули целиком в бетономешалку и врубили ее на полную мощность. Почему во время этого безумного аттракциона у пассажиров головы не отваливаются, остается загадкой…

Эх, дороги. Я чувствовал, что шалею. Такое впечатление, что везут не тяжелораненых… уже… а дрова!

И вот, наконец, наш дилижанс добирается до одной из редких в пампе почтовых станций. Совершенно обессилевших лошадей меняют на свежих, несмотря на то, что те протестуют — отфыркиваются и встают на дыбы. Гонка по пампе начинается снова, все в том же безумном темпе…