— Олег, — прервал меня от раздумий голос. Охранник! Совсем забыл о нём! Встревожился я не на шутку.

Но голос звучал спокойно и даже… немного неловко?

— Да? — откликнулся я.

— За тот удар… Не держи зла.

Такого я точно не ожидал, поэтому даже не знал, что и сказать.

— Просто не понял приказ, — продолжил он. — Нам сказали доставить тебя. А ты ещё и сопротивляться начал… И я начал действовать как обычно.

— Значит, это нормально? — спокойно спросил я.

Он непонимающе посмотрел на меня.

— Бить людей.

Впервые за всё время он поморщился.

— Его сиятельство был недоволен.

Я насторожился.

— Он сказал, что если хотел поговорить с человеком, то должен был получить человека, способного разговаривать. А не полубессознательное тело. Так что…

Мужчина посмотрел мне прямо в глаза.

— Извиняюсь.

Вот и что мне сейчас делать?

— Ты мог бы просто связать меня…

— Мог. Но это заняло бы больше времени.

На этом разговор мы и закончили.

До самого постоялого двора мы больше не говорили, а я смотрел на окрестности. Чем ниже спускалась карета, тем оживлённее становились улицы.

Между домами неожиданно открылся вид на воду. Внизу у причалов стояли грузовые суда с высокими мачтами. Одни разгружали мешки и бочки, другие уже принимали на борт ящики, укрытые брезентом. Даже отсюда были слышны выкрики грузчиков и скрип блоков. Вскоре порт скрылся из виду.

Исчезали и аккуратные каменные особняки, уступая место мастерским, лавкам и складам. Над крышами возвышалась старая круглая башня. Выглядела так, словно её просто забыли снести. Здесь город уже не казался величественным — он работал.

Воздух стал тяжелее. Пахло угольным дымом, свежими опилками, горячим металлом и чем-то сладковатым, похожим на разогретую смолу. Откуда-то доносился размеренный стук молотов, скрип колёс и выкрики подмастерьев.

Я едва успевал переводить взгляд с одного здания на другое.

Стоило показаться «нашему» экипажу, как прохожие сами отходили к краю дороги.

Никто не кричал, не кланялся. Просто привычно уступали путь.

На одном из перекрёстков мы проехали мимо большого белого дома, заметно выделявшегося среди остальных. Стены были сложены из светлого камня, а вместо привычных окон — широкие матовые проёмы, будто затянутые молочным стеклом. Сквозь них не удавалось рассмотреть ни силуэты людей, ни происходящее внутри, лишь мягкое янтарное свечение.

Над входом висела деревянная вывеска с выдутым из цветного стекла кубком.

«Стеклодувная мастерская».

Я невольно задержал взгляд.

Если здесь умеют делать настолько большие листы стекла… пусть даже непрозрачные… значит, местные мастера куда искуснее, чем мне показалось сначала.