— Камень лорда Рамзи так ярко сияет в свете кометы, потому что он стал сильнее в череде успешных сражений с демонами-вестниками. Поэтому в знак уважения к его заслугам считается невежливым, если другие Ашеры демонстрируют свои Камни в эту ночь, — объяснила мне Рита шёпотом, я был благодарен ей за дополнительный комментарий. Чем быстрее узнаю все особенности этого мира, тем больше у меня шансов выжить. — Именно эта сила заставила и твой Камень засветиться, когда ты убил своего первого вестника.

Вот теперь-то правило обрело для меня хоть какой-то смысл. Выставить напоказ свой камень здесь равносильно тому, чтобы кто-то заявился бы в дворец английской королевы с короной на голове. Неудивительно, что люди оказались шокированы недоразумением на лестнице.

— Настало время, мои собратья! — взревел Рамзи в самый пик затмения, поднимая свой Камень повыше. — Давайте проверим, есть ли среди нас Ашеры, достойные благословения Богини!

Все восприняли его слова как сигнал и вытащили на свет свои Камни. Какие-то из них оставались тёмными, в то время как другие уже светились, как у Байрона Рамзи. Радостные возгласы послышались с разных уголков террасы, когда безжизненные доселе камни внезапно засияли. Я тоже вытащил свой Камень и убедился, что голубое сияние, появившееся с тех пор, как убил демона-вестника, никуда не исчезло.

— Сегодня единственная ночь в году, когда Ашер, не убивший ни одного демона, может быть благословлён Богиней, — шептала Рита, прижавшись губами к моему уху. — Точно также случилось, когда щит впервые пролетел над Ашеном, его свет упал на людей, и они получили силу.

— Добро пожаловать в ряды избранных, наши новые братья! — прокричал Рамзи и радостно рассмеялся раскатистым громподобным смехом. — Теперь вы тоже любимые дети Богини Света!

Затмение подходило к концу, Луна уже показалась из-за кометы, голубой свет постепенно угасал. Люди снова стали прятать свои Камни. В толпе я увидел Ашера Адлера и с удовольствием отметил, что кристалл на его шее не светится. Мне стало смешно, как его лицо перекосило от гнева, когда он прятал камень под рубашку. Если бы не толпа, он наверняка закатил бы истерику типа «Почему он, а не я⁈»

Видимо, почувствовав мой насмешливый взгляд, Бёрнс поднял глаза. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти меня в толпе, и когда мы столкнулись взглядами, я поднял свой ярко светящийся Камень и демонстративно спрятал его за ворот туники.

Бессильное возмущение на его лице стоило того.

Бедный, бедный Ашер Бёрнс! Кажется, «Всегда невеста, и никогда жена» — это про него. Ну, может, в следующем году повезёт?