Возвращаясь в общагу, я на ходу размышлял: где мне раздобыть пишущую машинку?.. Остановился на Вадиме. Если у него и нет, то подскажет, где достать. Сто пудов.

Все мои рассуждения, действия, маленькие житейские радости — все это текло поверх главного. Ожидания ответа маньяка. Будет, не будет?.. Я понимал, конечно, что гадать бесполезно. Но куда же от этого деться⁈ Я ходил, говорил, крутил баранку «Москвича», улыбался Кате и не только улыбался… А в голове тикало как метроном: будет? Не будет? Будет? Не будет? Будет?..

Обедал тоже под этот маятник. Причем где-то в самой глубине души я был уверен: будет! Но человек устроен так, что сомнения грызут любого. Пока не сбылось…

Мысль прервалась резким стуком в дверь. Стучали уверенно, даже властно.

Я открыл…

И увидел Гринева. Он загадочно улыбался. И шутливо воскликнул:

— Агент Апрель! Пора выходить на связь.

— Уже вышел, — я посторонился. — Прошу.

Он шагнул вперед. По всей его повадке я сразу понял: есть! Сбылось. Есть!..

— Садись, — указал на «гостевую» койку, сам усевшись на свою. В которой мы с Катей ублажали друг друга. — Я вижу, есть результат?

Он сел, дружески подмигнул мне:

— Правильно видишь.

И полез в нагрудный карман.

Я узнал, что за эти дни в МУР пришло аж семь — семь!!! — семь писем с пометкой «ОТ МЕНЯ». Разумеется, все почтовые отделения были строжайшим образом проинструктированы, ничто не могло остаться незамеченным… Ну и вот итог.

Все послания были тщательно проанализированы. Шесть признаны бредовым фрик-творчеством…

— Один написал, что в него вселился дух Чикатило. Нет, ты представляешь⁈ Ему праздник — жить с этим духом, а нам хоть плачь, хоть смейся… Нет, понятно, что идиот, но начальство-то наше теперь все на измене: как такая тварь по Москве ходит? Найти! А нам, можешь представить, без него хлопот мало… Ну да черт с ним! А вот одно письмо…

— Письма психолог читал?

— Конечно. Он и сказал: все чушь, кроме одного. То есть, для него-то не чушь! Говорит: для меня эти письма как шаланда, полная кефали…

— Хоть за докторскую садись…

— Где-то близко. Ну да ладно! Значит, одно настоящее. Психолог говорит: руку наотрез даю, это он писал!.. Точно! В грудь себя бьет.

Я ощутил, как сердце мое прибавило темп. Слегка пересохло во рту… Я чуть запнулся, сказав:

— От руки написано?

— Нет! На машинке нащелкал. Умный. Спецы посмотрели, говорят: древняя какая-то машинка, чуть ли не послевоенная. Найти, конечно, нереально.

— Конверт?

— Тоже изучили, конечно. Брошен в почтовый ящик возле метро «Профсоюзная». Где куплен, определить невозможно.