— Н-ну, мужики! — взревел он. — Как классно, что я вас всех застал! Просто супер. Ну, собирайтесь! Поехали! Ну⁈

Говорить тихо или хотя бы умеренно Семен не мог в принципе. Он только орал трубой.

— Постой, Антоныч, погоди, — рассудительно заговорил я. — Не нукай, не запряг. Куда поехали, зачем?

В сущности, я все понял. Тема знакомая. Но поддержать фасон было необходимо.

Семен счастливо и торжествующе рассмеялся:

— Куда? А если я скажу — в Мавзолей? Годится⁈

Глава 5

Глава 5

ГЛАВА 5

Семен обожал делать людям добро. Правда, в своем, несколько кривобоком понимании, но совершенно искренне. От души. У него, полагаю, вообще эмоциональная сфера функционировала иначе, нежели у большинства. Если у этого большинства, грубо говоря, нормальная температура переживаний была что-то в районе 40–50 градусов, то у Антоныча она булькала близ точки кипения. Это было его естественное состояние. Ему всегда хотелось праздника, буйства глаз и половодья чувств, радостного пафоса, восторга, и чтобы всем вокруг было хорошо. А главное — все должны понимать, что это «хорошо» сделал им он, Семен Топильский.

— В Мавзолей? — не очень удивился Петя. — Это что, аттракцион «Полежи рядом с Ильичом»?

— И выиграй дольчики цвета «закат в пампасах». И упаковку кубиков «Магги», — подыграл я

Антоныч, как несложно понять, глубиной и тонкостью юмора не отличался. Наши топорные остроты привели его в восторг.

— Га-а-а!.. — загоготал он на весь этаж. — Ну, если такое желание будет!..

— Ха! А предположим, будет. Что тогда?

— Тогда организуем! Без базара.

И он вновь жизнерадостно заржал. Оторжавшись, постарался сделать серьезное лицо, но с такой-то рожей, что у него, какой тут серьез… Получилось нечто вроде провинциального конферансье, готовящегося объявить со сцены «гвоздь программы». Хотя, в какой-то мере так оно и было: Семен и вправду собрался провозгласить коронный номер сегодняшнего вечера.

Мне он был знаком. И через петлю времени я это не забыл. Такое не забудешь.

И Топильский, наконец, ударил информационным молотом:

— Ладно! Насчет Мавзолея — это я чуть подзагнул, да. Для красного словца. Но Красную площадь гарантирую. Лимузин ждет! Внизу, у крыльца. Вам десять минут на сборы.

— Какой лимузин? — Петя честно обалдел. — Какая площадь⁈

— Площадь — Красная, — с фасоном произнес Семен. — А лимузин — Линкольн. Континенталь. Короче! Долго базарить нечего, спускайтесь на крыльцо, там все поймете. Отправляемся через десять минут! А я пойду в шестьсот пятнадцатый, шестьсот девятый… Народ соберу!

— Постой, — быстро сказал я. — Антоныч! Думаю, ты не против, если я одну барышню с собой прихвачу?