— Давай, Петропавловск, вонзим еще по одной!

— Мне последнюю… — с трудом проворочал языком Петя. — И я того… на боковую. А ты уж финишируй сам…

От таких слов я еще больше воспрянул духом.

— Как скажешь, дружище! Но эту порцию под звон бокалов, святое дело.

И мы дружно выпили. Не успел я продышаться роскошным жарким амбре, как в дверь довольно деликатно постучали.

— Открою, — сказал я.

Стук повторился, но я уже был у двери.

— Иду! — и распахнул ее…

Глава 11

Глава 11

ГЛАВА 11

Вот это сюрприз!..

Радостно улыбаясь, передо мной стояли мама с сестрой. В руках объемистые сумки и пакеты.

— Привет! — воскликнула Юля.

Юля — это понятно сестра, она младше меня на шесть лет. А маму зовут Алевтина Ивановна. Ей сорок девять.

— О, здравствуйте! Заходите, заходите!..

Я стал сама предупредительность и обходительность — а в недрах сознания мысли понеслись лихорадочно: что делать⁈ Бухой сосед… Голая девка… Это аспирант Зимин так покоряет научные просторы и вершины… Ага…

Ладно! Хороших решений нет. Принимаем лучшее из худших.

— Мам, вы извините… Пока вот пройдите в эту комнату.

Мамины глаза немедленно округлились:

— В какую?

— Да вот, в соседнюю. У меня… ну, у меня гостья. Есть. Я ее сейчас вежливо попрошу на выход, и зайдем ко мне.

В мамином взгляде осознание происходящего сплелось с нарочито-педагогическим вызовом:

— То есть? Юра, я не очень понимаю…

Разъяснил не я, а Петя. Пошатываясь, он возник в прихожей:

— З-здравствуйте… Очень приятно познакомиться…

— Да, мам, — подхватил я, — и ты, Юль, тоже… Познакомьтесь! Это Петр Волков, мой коллега. Сдал кандидатский минимум по философии, — вдохновенно соврал я. — Серьезное достижение! Отметили.

Петя хоть и бухой, а смекнул, как надо действовать.

— Д-да! — подтверждающе мотнул он головой, но от этого движения малость потерял равновесие, взмахнул рукой…

И нечаянно ткнул ей в мою дверь, которую я не запирал.

От толчка дверь открылась…

Как нарочно рядом оказалась не Юля, а мама, интерьер моей комнаты возник перед ее взором. И перед моим тоже.

Катя спала самым сладким сном и, видимо, под теплым одеялом ей стало жарко. Уютно свернувшись в клубочек, она одеяло скомкала, наполовину сдвинула, и перед нами предстало дивное зрелище в виде голенькой и прехорошенькой девичьей попы.

— А-а… — только и произнесла ошарашенная мама, но здесь уж я твердо взял бразды в руки:

— Так! Мама, Юля, сюда пройдите, пожалуйста. Петь, прими гостей на три минуты!

— Пр-рошу… — с запинкой пригласил Волков. А я шагнул к себе, прихлопнув за собой дверь, успев услышать Юлины слова:

— Ну мам, ну чего ты?.. Ну, девушка у него, это же нормально… — очевидно, в мою защиту.