Через кусты ломились двое.

Мозги заработали со скоростью света.

Кто они?..

В темноте, конечно, видно было не ахти, но ясно, что это уличная срань, шпана. Не пацаны. Лет двадцать пять-тридцать. Не амбалы. Среднего склада.

— Стой, — с угрозой повторил первый. В правой руке блеснуло.

Сообщники маньяка? Выследили меня⁈

Признаюсь, в первый миг блеснула эта мысль. Но во второй миг я ее отсек.

Чушь! Это что-то другое. Что? Не знаю. И сейчас не до отгадок. Думать потом! Вернее, сейчас тоже, но иначе.

Я враз вспомнил «военную хитрость» Гринева.

— Че, падла? — злорадно ухмыльнулся первый. — Попробуешь пера в бок? Или сперва последнее желание? Слышь, Гуня! Пусть последнее желание скажет, а?

Гуня постарался замогильно хохотнуть, но получилось лишь мерзкое жидкое хихиканье. В спарке он явно был ведомым. Номер два.

Пока эти апаши так базарили, они, конечно, теряли время. А мой план — бац! — и готов. Видать, мозг сработал с такой вспышкой, что мне стало жарко. Как будто температура взлетела до 37,5. Примерно.

— Твою мать! — рявкнул я, сделав шаг вперед и припав на правое колено.

Чем обернул еще секунду-две в свою пользу. Придурки замерли: а это что еще значит⁈

А это значило вот что.

Я схватил кусок кирпича — здоровенный, примерно половину. И с силой швырнул в ногу первого. Чуть ниже колена. Удар вышел, конечно, адской силы.

— Б…! — взревел бандит, скрючась в три погибели.

А я вскочил и с силой врезал левым коленом ему в башку. Метил в лоб или переносицу, но чуть не рассчитал. Попал в темя. Опрокинул навзничь. Нож отлетел, тускло блеснув лезвием в полумраке.

— Ты⁈ С-сука! — пискляво и пугливо взвизгнул Гуня.

Ну уж с тобой-то я разберусь, гнида!

И я шагнул вперед.

Честно сказать, расчет был на то, что от одного моего шага эта шестерка обдрищется и даст деру. Но к моему удивлению, он не отступил, разве как-то задергался, затоптался на месте — и, чуть помешкав, тоже выхватил клинок.

— Не подходи! — истерично крикнул он. — Попишу!

— А ну брось, — жестко сказал я.

Вот тут четкого плана не было. Ну бросит он нож, а дальше что? Заломать его врукопашную?.. Он, однако, нож не бросал. Выставил руку с ним, тряс и заладил свое:

— Попишу! Не лезь!..

— Юрка! — вдруг прозвучало сзади.

Не оборачиваясь, я узнал голос Вадима. Откуда он взялся⁈

— Не подходи! — возопил Гуня в отчаянии.

— А если подойду? — сказал я. — Тогда что?

Такого развития событий, видно, стратегия противника не предусматривала. Но решимости у него поубавилось после того, как он увидел двоих. Он топтался на месте, рука с ножом припадочно металась влево-вправо, а сам он выкрикивал как заевшая пластинка: