На десерт Катя любовно расцеловала меня и ускакала мести, мыть и драить свою жилплощадь. А я остался лежать в состоянии приятного расслабона. Память по инерции продолжала рисовать недавние картины нашего соития и никак не могла отцепиться от этого… Я и не возражал. Закрыв глаза, мысленно крутил и крутил данное эротическое кино, и прекращать его желания не было.

Пока вновь не захотел есть. Тогда со вкусом, с толком, с расстановкой поужинал, попил чаю и завалился спать.

Утро неожиданно подарило чудесную погоду. Прямо такую редкую редкость этой ненастной осенью. В светло-голубом небе безветренно застыли редкие белые облака. Яркое, но нежаркое Солнце вдруг щедро залило светом Москву, в чем я увидел добрый знак. Ну полил бы дождь? Так этот изверг, глядишь, и не высунулся бы из дома… Хотя, черт его знает! А вдруг наоборот? Взял бы зонтик и пошел в горделивом одиночестве в парк гулять: вот вам, менты, выкусите!..

Ладно. Что есть, то есть. Нет, солнечный день — это привет от мироздания. Все будет хорошо!..

И без десяти девять я выбежал из общаги.

Андрей в «шестерке» уже ожидал меня на Рязанском проспекте.

— Привет! — я плюхнулся на пассажирское сиденье.

— Здорово.

Я пожал руку с боевым перстнем и с места в карьер спросил:

— Когда планируют начать патрулирование?..

На что получил совершенно конкретный ответ:

— В десять.

— Так.

Этот четкий ответ словно включил во мне таймер. Не могу объяснить, но я стал иначе ощущать время. Не как нечто абстрактное, безликое — а точно незримое излучение, бегущее сквозь меня и уносящее жизнь миг за мигом. Значит, все верно! Я не ошибся. Нашел центр мишени. Попал, куда надо, решаю именно ту задачу, что надо — и эта нечисть не уйдет от меня.

И все вокруг сделалось необычайно четким, резким: предметы, звуки, запахи, словно я стал видеть все завитушки в каждом облаке, слышать рабочий шум Рязанского шоссе чуть ли не до самой Коломны, чуять дыхание осени с далеких северных земель…

Я и себе-то до конца не мог этого объяснить, тем более не стал говорить Андрею. Да и надо ли объяснять? Есть то, что понял — и храни в себе. Потом когда-нибудь кому-нибудь расскажешь. Или нет.

— Короче, — деловито произнес старлей. И раскрыл суть.

В МУРе долго и старательно прорабатывали операцию. Отобранным сотрудницам — реально симпатичным, привлекательным, молодым девушкам — тщательно создавали образы с помощью подбора одежды и макияжа. Делали так, чтобы все были друг на друга не похожи, но каждая по-своему броская, такая, чтобы мужские головы поворачивались к ним как стрелки компаса. Дернули каких-то педагогов сценического мастерства из ГИТИСа. Те свое дело знали: попытались на скорую руку привить милиционершам навыки не то, чтобы совсем уж девиц легкого поведения… Но скажем так, игривого. Отправившихся на улицу в поисках приключений. Ради интереса: а что будет?.. И вот эти девушки-приманки должны по графику курсировать по парку, сменяя друг друга. У посторонних людей даже и подозрений не должно возникнуть в том, что разные легкомысленные особы, флиртующей походкой прогуливающиеся по аллеям, на самом деле есть связанные меж собой звенья одного плана…