— Что насчёт завтрашнего дня?

— Восьмое марта. Девушек здесь нет, так что поздравлять некого, — улыбнулся Граблин.

А у него хорошее настроение! Всегда считал, что Дмитрий Александрович — человек на одной волне и вечно всем недоволен. Теперь хоть увидел, что он улыбается.

— Зато прилетит товарищ Каддафи. Что ему нужно известно?

— Про самолёты ты знаешь. Командующий сказал, что остальное держат в секрете. Тут и посол будет Союза в Ливии, и старший группы военных специалистов, и ещё какие важные люди. Главное, чтобы большому гостю понравился ваш пилотаж, — похлопал меня по плечу Граблин.

За это он может не беспокоиться. Всё у нас отработано.

Утро следующего дня началось как и всегда со звуков трубы по внутренней связи корабля. Утренняя зарядка, водные процедуры и подготовка к завтраку.

Вроде только недавно Морозов возмущался огромному числу людей в гальюнах и душевых, был виновником разрыва бака с водой и возмущался нашим положением на корабле.

Теперь утро проходит более спокойно. За чаем успеваем повторить все наши действия на показе.

Инженеры авиагруппы «Леонида Брежнева», завтракающие рядом с нами, сообщают, что самолёты готовят и в назначенное время они будут на палубе ждать нас.

В каюте оделись в комбинезоны светло-синего цвета с эмблемой конструкторского бюро на левом рукаве и гербом Советского Союза на правой стороне. В таком я уже выступал на показе техники в Циолковске.

Прислонив рукав к носу, ощутил слабый запах гари. Так и не выветрился он полностью с той аварийной посадки на полосу.

— Присядем, — сказал я и занял место на своей кровати.

Морозов сел напротив, а Белевский на стул.

— Слышал, у Каддафи не охрана, а настоящие звери. Вооружены до зубов, — сказал Коля.

— Если ты не будешь на него нападать, они тебе ничего не сделают, — улыбнулся я.

— Просто хотел бы посмотреть.

Белевский взглянул на часы и напомнил, что уже пора двигаться на палубу. Мол, мы должны быть рядом с самолётами, когда прибудет делегация.

Переместились в помещение, где хранилось наше снаряжение. Противоперегрузочные костюмы надели весьма быстро. Белоснежный ЗШ-5 в руках, планшет в кармане, а кожаные перчатки и кислородная маска аккуратно уложены в шлем.

— Готовы? — зашёл к нам Бурченко.

— Да. Через сколько будет делегация? — спросил я.

— Скоро. На подлёте уже. Хочу вас предупредить держать себя в руках, когда увидите членов делегации.

— Ничего там интересного нет. Не первый раз видим важных гостей, — пробубнил Морозов.

Я встретился взглядами с Бурченко и понял, о чём он говорит. Нужно иметь терпение моим коллегам. Да и мне тоже, чтобы не засмотреться.