Не знаю, как остальные, но у меня нет сомнений, что дело в прослушивании нашего канала духами. Однако, есть у нас один человек, который думает иначе. Он-то и поднял руку.
— Ох, — разочарованно выдохнул командир. — Что ты думаешь Барсов?
— Товарищ полковник… эм… признаюсь, что совершил столь низкий поступок для офицера, — начал за что-то оправдываться Марик.
— Ты чего несёшь, Маркуша? — спросил Томин, который, кажется, был очень удивлён таким признанием.
— Валерий Алексеевич, вы поймите, я за здоровье нашей страны. Поэтому и пришлось пойти на сделку. Вынужден был, поскольку… ну не выпускает Баковка больше, чем запланировано, а я уже все потратил.
Весь класс просто выпал от такого признания нашего блондина. Я помню, что Баковский завод резиновых изделий, выпускал не только противогазы, но и презервативы. Чего уж там, я сам не сдержался. Вот только командиру было не до смеха.
— Тихо всем, — гаркнул он. — Барсов, ты мне сейчас признаёшься, что купил презервативы в дукане?
— Товарищ командир, выбора не было. У меня закончились…
— Я тебе сейчас этот кондом натяну по самые щиколотки через голову, — громко сказал Томин. — Сел быстро, пока я не привёл этот приговор в исполнение.
Барсов приземлился на своё место в полной растерянности. Как можно таким быть балбесом, я не представляю.
— Ладно. Раз у вас только глупые идеи, то скажу я, — снова посмотрел на нас с Гнётовым Томин, будто сейчас нам предъявит обвинение. — Ничего не хочешь рассказать товарищам, Паша?
Глава 23
Командир любого уровня должен всё знать, что происходит в его подразделении или части. Именно это сейчас и хочет показать всем Томин. А то, я уж начал думать, что не все нити управления держит у себя Валерий Алексеевич.
Пока Мендель продолжал смотреть по сторонам, не понимая, о чём его спрашивают.
— Не понимаю, товарищ командир, — спросил Паша, поднимаясь со своего места.
— А я тебе помогу. Господин в летном комбинезоне афганской национальности передал тебе деньги? — подошёл командир вплотную к Менделю.
— Ничего… такого… — запереживал Паша, но теперь командир с него не слезет.
— Взял деньги у афганца? — крикнул командир.
Рядом со мной зашевелился Гнётов, который хотел что-то сказать. Сейчас прерывать командира было очень опасно.
— Товарищ командир, я…
— За что ты взял деньги? Если признаешься, обещаю, что посадят ненадолго. Хотя в твоём случае стоит дать двойной срок. Ну! — продолжил наседать командир, но Мендель продолжал молчать.
Паша просто стоял, ни произнеся даже писка. На почётный караул сейчас похож наш старший лётчик. Смотрю я на него и не вижу гнусного предателя. Слишком он спокоен, хоть и дрожал его голос при попытках оправдаться. Глаза не бегают, а смотрят прямо на Томина.