Штаб был полон народу. Из кабинета в кабинет ходили офицеры, перенося документы и папки. Девушки были заняты наведением порядка, а солдаты уже разбрызгивали пену в свободных кабинетах, чтобы навести идеальный порядок. Всё указывало на то, что едет серьёзная комиссия.
— О, Родин, командир сегодня тебя и Барсова в дежурное звено определил, — обогнал меня Валера. — Как вылет прошёл?
— Да всё хорошо. Чего тут произошло? Снайпер появился? — спросил я, и Валера приложил палец к губам.
— Тихо! Это ж секретная информация, — сказал Гаврюк.
— Где ж она секретная, если я даже догадался, находясь на аэродроме несколько минут, — махнул я рукой.
Пройдя мимо кабинета кадровиков, я не мог не посмотреть на Асю. У девушки был расстроенный вид, когда она просматривала документы в папке.
Поймав на себе мой взгляд, она подняла глаза и посмотрела на меня. Вид у неё был, конечно, печальный, но слёз не видно.
— Серый, чего застрял? Пошли, — потянул меня за собой Валера.
— Ты мне не сказал, кого убили? Я же видел окровавленную кабину «грача», — спросил я, но мне Гаврюк не ответил.
В классе, когда мы вошли, была гробовая тишина. Парней с Су-25х было не узнать. Ещё пару часов назад они были уверены в себе, а тут погиб их товарищ. И, похоже, смертельное ранение было ужасным. Я пробежался взглядом по лицам и не обнаружил розовощёкого лейтенанта. Вот кого настигла пуля.
— На рулёжку подвезли фотопланшеты и карту другого района, — рассказал мне один из его коллег. — Он только блистер открыл, руку вытянул. Техник начал залезать на подножку, и тут… — парень недоговорил и пошёл к кувшину воды попить.
А ведь этот лейтенант одного со мной года выпуска получается. Не живи я второй раз и не знай, боли от потери боевых товарищей, возможно, переживал бы эту трагедию так же, как и этот парень. Пока же во мне вскипает непомерная злость, к той сволочи, что убила нашего брата по крылу.
— Молодой ещё был. Командир его с собой брать не хотел в Афган, но тот долго уговаривал, — сказал лётчик-штурмовик с седыми волосами.
Сказать сейчас что-то вроде «на войну не просятся — от войны не бегают» было бы кощунством. Вряд ли этот парень думал, что погибнет так. Не думал он и о чеках и наградах. Он выполнял свой долг и погиб при его исполнении. В воздухе или на земле — неважно.
Глава 8
Парня звали Юра Орлов. «Авиационная» фамилия, как и его огромное желание, стать испытателем. В авиацию он пошел, как и большая часть мальчишек — увидел однажды самолёт в небе и «заболел» лётным делом.
— У него есть кто? Жена или девушка? — спросил я.