Философствует мой командир звена! Придётся ему ответить тем же.

— Потому что миру постоянно не до мира, — похлопал я его по плечу, вспомнив строчки из песни, которую ещё предстоит написать певцу Николаю Анисимову.

На ступеньках появилась Ася, вышедшая с распущенными волосами и серьёзным лицом. Не думаю, что она именно меня провожать выбежала.

— Сергей, ты скоро? — спросила она.

— Сегодня вернусь, а что? — улыбнулся я, уходя от крыльца в пол оборота.

— Может, зайдёшь на чай? — улыбнулась она.

— Если только на чай. И только в кабинет! — крикнул я и быстрым шагом направился к самолёту.

Не буду я, конечно, к ней заходить. Не хочу быть рубашкой, в которую поплачут, а потом уберут в шкаф до следующего раза.

У самолёта поздоровался с Дубком и пошёл на осмотр. Валера шёл со мной параллельно. Будто мы сейчас тоже отрабатываем слётанность в паре.

— Готов? — позвал он меня, собираясь карабкаться по лестнице в кабину.

— Ты погоди! — остановил я его. — Елисеевич, у тебя есть ещё счастливые конфеты?

— А як же! В достатке, — ответил Дубок со своим весёлым кубанским акцентом.

Мой техник протянул мне свою одноимённую конфету и такую же дал Валере.

— И съесть только после полёта, понял? — предупредил я его, и мы разбежались по своим самолётам.

Заняв своё место в кабине, я начал проверку оборудования. Несколько минут и всё готово. Радиостанция была настроена на стартовый канал, который не замолкал ни на секунду.

Вертолёты Ми-8 с десантом на борту уже пошли на маршрут, прикрываемые своими собратьями «крокодилами». Су-25е «Грачи» выстраивались на рулежках, чтобы в назначенное время уйти на удар.

По замыслу командования первыми сначала отработают Су-24е с Карши-Ханабад, следом и Су-17е. Только потом, «Грачи» будут работать уже точечно под управлением авианаводчика.

В воздух поднялись и наши две пары, которые будут прикрывать бомбардировщики и штурмовиков.

— Янтарь, 101й, взлёт парой произвёл, отхожу вправо по заданию, — доложил Томин, и это означало, что мы теперь должны запускаться.

Наша с Валерой пара — резервная, если вдруг не взлетит или что-то не так пойдёт у кого-то из наших истребителей.

— 117й, запускаемся, — дал мне команду Гаврюк и я дал команду техническому составу «От двигателя».

Пока я контролировал работу процедуры запуска и параметры силовой установки, вторая пара Гнетов и Барсов уже стояли на исполнительном.

— Внимание! Паашли! — скомандовал замкомэска.

Я продолжал запускаться, но через пару секунд что-то у взлетающих пошло не по плану.

— Торможу! Пневматик! — громко сказал Барсов.

— Янтарь, взлёт парой прекратили, — доложил расстроенный Гнетов.