— Нет, конечно, — печально усмехнулась я.

— Разговоры не положены, — извиняющимся тоном сказал Иванов и для дополнительной аргументации развёл руками.

— А я тебя помню, Сеня, — задумчиво сказал ему Пивоваров. — Я же отзыв на твою дипломную работу когда-то давал.

— Я знаю. Спасибо вам, Пётр Кузьмич, — смущённо пробормотал Иванов. — Если бы не ваша поддержка, не видать мне красного диплома.

Хорошо, что первый мент сидел рядом с водителем, машина сильно гудела и наш разговор он не слышал.

— Так что там случилось с Драчом? Как это он умереть через убийство умудрился?

— Я не могу рассказывать, — вздохнул Иванов Сеня. — Вы же знаете.

— Да знаю я, — махнул рукой Пивоваров и хитро добавил тоном змея-искусителя, — но своему оппоненту дипломной ты доверять можешь.

— В одиннадцать утра его обнаружили мёртвым, — тихим шёпотом, чутко оглядываясь на сидящего впереди милиционера, начал рассказывать Иванов. — Свидетели утверждают, что видели, как подозреваемая выходила из библиотеки.

Он кивнул на меня.

— А свидетели, это кто?

Иванов смущённо покраснел и просемафорил глазами, мол, не имею права рассказывать.

— Не Маринка ли? — понятливо хмыкнул Пивоваров.

Судя по вытянувшемуся лицу Иванова, это точно была лучезарная Марина.

— Во бабы дают, — осуждающе покачал головой Пивоваров и добавил. — В одиннадцать, говоришь?

Иванов кивнул.

— А что медэксперт говорит?

— Смерть наступила между десятью и одиннадцатью часами, — прошептал Иванов и опять пугливо зыркнул на переднее сидение — не слышит ли его коллега.

— Ты во сколько у него была? — повернул голову ко мне Пивоваров.

— До десяти где-то, но точно не скажу, — задумалась я, пытаясь вспомнить. — Я сперва сходила на работу, пошла к восьми, думала планёрка будет, но там света не было. Затем я забежала в роно.

— Это по дороге. Примерно минут пятнадцать. А потом? — нетерпеливо подтолкнул меня к ответу Пивоваров.

— Потом я решила сходить в Дом молитв. Думала, что вы уже там.

— А я ходил в поликлинику, — объяснил Пивоваров. — Что-то от всех этих путешествий опять желудок заболел. Там пока очередь отсидел, время прошло. А потом сразу к тебе пошел.

— Ну и всё, — ответила я, — а затем меня позвал Всеволод Спиридонович. Мы поговорили в библиотеке, примерно минут пять-десять. К нам ещё сестра Инна заглядывала. Что-то о насосах спрашивала, точно не помню. И я сразу ушла.

— Ну вот сам смотри, Сеня, — тихо повторил за мной Пивоваров, — Люба была до десяти. Потом ушла. После неё там кто угодно мог быть. И не раз.

— Да я понимаю, но показания…

— Да погоди ты со своими показаниями! — даже рассердился Пивоваров, — показания потом на всех всё равно перепроверять будешь. Я ведь тоже могу дать показания. Ты, главное, Сеня, поспособствуй, чтобы Любу сейчас на поруки отпустили.