Я сперва отрицательно помотала головой, потом, сообразив, что таки дети, закивала утвердительно.

— Ничего не понял, — почесал затылок Пивоваров.

— Анжелика через Флорес связалась с родной матерью, — выдохнула я, — и сообщила мне только сейчас. И теперь сегодня в три часа дня эта будет ждать в кафе.

— Да-а-а-а… — пробормотал Пивоваров, — дела-а-а-а…

— Не ходи! — посоветовал Комиссаров, — она заберёт Анжелику.

— Почему не ходить? — насупился юрист и хмуро посмотрел на слесаря, — Ефим, ты сам-то посуди, что нынче девочке у нас в Калинове светит? Она у тебя в ПТУ вроде учится, Люба?

— В колледже, — поправила я.

— Один чёрт, — махнул рукой Пивоваров, — не институт же и точка. То есть у неё ни образования, ни связей, ни денег нету. И что ей светит? Выйдет замуж за такого же голозадого, прости Люба, нарожают кучу детишек, и ты потом будешь метаться между работой, подработками и огородом на даче, чтобы прокормить ещё и их.

Я икнула. Пивоваров сейчас описал ситуацию, которая была у меня в том мире.

— А так мамашка её в Америке всяко нормально пристроит. И, может, и остальных или заберёт, или так помогать будет…

— А как же я? — вытаращилась на Пивоварова я.

— А ты, может, хоть жить для себя начнёшь, Люба! — строго сказала Пивоваров. — А то обвешалась чужими детьми, то она страну спасает, то она мероприятия проводит! А ты когда последний раз с мужиком на свидание ходила, а, Люба? Муж тебя бросил, и ты на себе крест поставила⁈ А это не хорошо! Ты ещё не старая и можешь свою жизнь начать заново!

— А если меня всё устраивает⁈ — сварливо огрызнулась я, — если мне так жить нравится⁈

— Ты это Пушкину рассказывай! — фыркнул Пивоваров, — я же вижу! Хоть и старый, но всё же не повылазило!

— Так ты лучше скажи, что ей делать, раз умный такой, — Комиссаров, который в последние дни был в центре внимание заговорщиков, после пренебрежительных слов Пивоварова почувствовал себя уязвлённо.

— Как это что делать⁈ — взвился юрист, — пусть берёт девку за руку и идёт на свидание с мамашкой. А там пусть смотрит по обстоятельствах. Если мамашка в адеквате — то пусть она своё дитя забирает. И за остальных поговори. Я бы, кстати, на твоём месте, договорился… точнее надо попробовать договориться, чтобы она тебя тоже сюда с детьми забрала.

— И как ты себе это представляешь? — Комиссаров прикурил вторую сигарету, обжег пальцы спичкой и, чертыхнувшись, пульнул её в урну.

— Так и представляю, — хмыкнул Пивоваров, — дети были много лет брошены, привыкли к Любе. Вот пусть мамашка Любу гувернанткой при детях берёт. И зарплату платит. А они уже большие. Ты тут, в Америке, чуток поживёшь, денег соберёшь и потом обоснуешься…