Он хохотнул и, потирая ладони, сказал:

— Это дело теперь и обмыть можно!

— У нас же сухой закон, — вздохнул Кущ, — Арсений узнает — проблем потом не оберёшься.

— Да, Ефим, — поддержал его Пивоваров, — давай уже, как вернёмся, тогда и отметим, с размахом. Можно у меня на даче. Там лес, речка, рыбалка… Я такие шашлыки делать умею, пальчики оближешь, меня ещё дед научил. Берёшь, значит, мясо и замачиваешь его…

Но в чём правильно замачивать мясо по родовому рецепту Пивоваровых, мы так и не узнали — неожиданно дверь распахнулась и комнату заполнили люди.

— Что случилось? — изумлённо выдавила я.

— Вот! — закричала Аврора Илларионовна тыкая в Куща пальцем и живенько обернулась к двум мрачным полицейским, — Это они! Я вам точно говорю, это они! Вяжите их!

Полицейские переглянулись и один из них спросил:

— What?

— Где эта переводчица? — Заверещала Аврора Илларионовна, — Они же ни черта по-нашему не понимают!

— Сейчас позовут, — в комнату деловито вошел Ляхов, её зять.

— Так, что здесь происходит, товарищи⁈ — мгновенно взял ситуацию в свои руки Пивоваров, видя, что творится что-то непонятное, — вам кто позволил врываться в личный номер. А?

— Это же полицейские! — взвизгнула Аврора Илларионовна и посмотрела на нас с триумфальным видом.

— Я вижу, что полицейские, — жестко ответил юрист, — с ними мы сами разберёмся. Я спрашиваю, кто вам позволил врываться сюда, Аврора Илларионовна?

— Но я… — с апломбом начала она, но Пивоваров перебил:

— Извольте покинуть комнату. И зятя своего прихватите!

— Вы тоже не проживаете здесь, Пивоваров! — рявкнул Ляхов, — что вы распоряжаетесь, как у себя дома⁈

— Зато здесь проживаю я, — подскочил Кущ, — и я, как хозяин комнаты, говорю вам — уходите!

— Мы пришли с ними! — вызверилась Аврора Илларионовна и указала пальцем на полицейских.

Ссора набирала обороты, и тут появилась Валентина Викторовна, наша переводчица, а с нею — Арсений Борисович. Оба были изрядно напуганы.

— Что у вас опять здесь происходит? — с порога набросился старейшина на Куща.

— Эта женщина вломилась к нам в номер и привела зачем-то полицейских, — указал Пивоваров на старуху, — у неё и спрашивайте.

— You are under arrest on suspicion of terrorism! — заявил первый полицейский и вытащил наручники.

— Что⁈ Что он сказал⁈ — забеспокоился старейшина, вертя головой туда-сюда.

— Он говорит, что арестовывает Фёдора Степановича по подозрению в теракте, — пролепетала Валентина Викторовна и очумело посмотрела сперва на Благообразного, потом — на меня. — Господи, какой бред!

— С ума сойти! — схватился за голову Арсений Борисович. — И что теперь будет?