— Так зачем вы пришли?
— Давайте что-то придумаем, чтобы разрулить эту ситуацию? — он уже чуть не плакал. — Я не знаю, что делать… Она нас всех погубит…
Угу, ты за всех, конечно же, переживаешь, — злобно подумала я, а вслух сказала:
— У вас есть только один выход…
— Какой? — с надеждой спросил Ляхов.
— Дать показания в полиции, что ваша тёща — периодически впадает в старческий маразм и может говорить всякую ерунду, которая никак с реальностью не совместима…
— А как же теракты эти? — захлопал глазами Ляхов.
— Да что теракты? — пожала плечами я, — скажете, что насмотрелась старушка ужасов всех этих по новостях в телевизоре, ну и приняла близко к сердцу… А тут ещё со слесарем Комиссаровым поругалась. Вот и сдвинулось что-то у неё в голове.
— Я не могу так с нею поступить, — покачал головой Ляхов. — Нельзя так…
— Тогда остаётся фермерство! — сказала я и встала, — спокойной ночи, Роман Александрович. Я хочу спать. Да и вам пора.
— Да, конечно, — потерянным жалким голосом сказал Ляхов и вышел.
А я, наконец, плюхнулась на кровать.
Господи! Как же я вымоталась за сегодня!
Хочу упасть и спать, спать, спать…
Но тут пришла Анжелика и прицепилась ко мне опять.
— Мама Люба! — воскликнула она (ого, я уже опять мама Люба). — Я тут подумала…
— Угу, — зевнула я, — ложись давай спать, Анжелика. Поздно уже.
Но вредная коза упёрлась.
— Ты подожди! — заявила Анжелика. — Я хочу тебе что-то сказать. И это важно!
— Я надеюсь, ты не передумала одевать это платье завтра и мне не придётся сейчас переться в гладильную комнату? — проворчала я и подтянула повыше одеяло.
— Да нет же! Я хочу с тобой про маму поговорить, — вздохнула она, нервно меряя шагами комнату.
Но я так устала, что мне для полного счастья сейчас не хватало опять проболтать всю ночь, обсуждая эту непутёвую Машу.
Анжелика, видимо, поняла по моему состоянию, что я сильно не в духе и хочу спать, потому что торопливо проговорила:
— Мама Люба, буквально два слова и всё. Обещаю! Это быстро!
— Ладно, слушаю тебя, –могучим усилием воли я попыталась сдержать зевок. — Только не мельтеши туда-сюда, пожалуйста, а то меня уже укачало и сейчас стошнит.
Анжелика моментально остановилась напротив меня.
— В общем, я тут подумала и поняла, что не останусь я в этой Америке, — тихо сказала она.
От изумления у меня аж сон из глаз пропал.
— Ты шутишь сейчас? — спросила я и даже привстала с кровати.
Нет, я, конечно, понимала, что вся эта затея с эмиграцией в США — ерунда на постном масле, и что Маше дети совсем не нужны. Но я даже не думала, что Анжелике хватит всего одного нашего разговора на подумать и сделать правильные выводы. Неужели повзрослела и набралась ума?